"Дейта": Леонид Иванович, более десяти лет назад, будучи режиссером владивостокского Камерного театра драмы,  Вы начали практиковать мастер-классы русской театральной школы в Японии. В какой-то момент непродолжительные занятия с актерами в этой стране переросли в работу, которая в этом году перешагнула 8-летний рубеж. Что Вам удалось сделать за это время?


Л. Анисимов: В эти восемь лет вошла не только Япония, но и США и Южная Корея. Просто обстоятельства сложились таким образом, что своеобразной "творческой базой" в Азиатско-Тихоокеанском регионе для меня стал Токио.


Если вкратце, то за эти годы произошло следующее: в Японии был создан Токийский Новый репертуарный театр, в Южной Корее - Инчёнский Новый театр, в США - Сиэтлский Новый театр. По большому счету мне удалось создать некую структуру, которая может претендовать на звание, похожее на "международный театральный холдинг".


Так, в Токийском театре идут четыре пьесы Антона Чехова: "Чайка", "Дядя Ваня", "Вишневый сад", "Три сестры". Идет "На дне" Максима Горького. Кроме этого и японская классика: Тикамацу Мондзаэмона – "Самоубийство влюбленных" и Миядзава Кендзи "Ночной экспресс, идущий по млечному пути". Сейчас в работе "Гамлет" Шекспира. Чеховские "Три сестры" в ближайшее время будут репетироваться в Сиэтле, а в Южной Корее  - "Дядя Ваня".


Работа этих театров строится по всем канонам русской классической театральной школы.  Система Станиславского обладает мощнейшей силой, способной разгонять огромные волны. Я - сёрфер, который по ним скользит.


"Дейта":  И все же, несмотря на созданный, как Вы называете, холдинг, больше времени Вы работаете в Японии?


Л. Анисимов:   Пока происходит именно так. В труппе Токийского репертуарного театра 50 актеров. В год играется 120-150 спектаклей, кроме этого, постоянно проводятся репетиции. Сейчас создаются еще три театральные студии. В настоящее время Токио доминирует в моем рабочем расписании. Но уже скоро ситуация изменится и надо будет как-то планировать работу равномерно на три-четыре страны.


"Дейта":  Вы считаете, что это по силам?


Л. Анисимов:  Станиславский говорил: "человек может черпать энергию из двух источников – высокое искусство и природа". Так что мне есть, откуда "заряжаться".


"Дейта":  Что кроится за интересом японцев к русскому классическому театру?


Л. Анисимов:  Нравственность, этика, гуманизм – все то, на чем основывается русская классическая драматургия.


К сожалению, современное общество, в большинстве своем, общество потребителей. Оно испытывает недостаток в этике, нравственности и, что совсем не маловажно - в переживаниях. Система Станиславского, единственная в мире театральная методика, которая, обучая, дает возможность переживать. Для японцев русская способность переживать и чувствовать стало неким целительным свойством. Они считают, что этим можно исцелять дух человеческий. Поэтому Япония чрезвычайно заинтересована в русской классике. У японцев просто жажда познания русской классической драматургии.


"Дейта":  Насколько традиционный японский театр интегрирован в международное театральное сообщество?


Л. Анисимов: Думаю, что мало. Японский театр в мире воспринимается, прежде всего, как кабуки. Некая экзотика. К слову, эта ситуация и является основным стимулятором для японских актеров к постижению основ европейского театра. И, в первую очередь, русской театральной школы и системы Станиславского. Эта тенденция хорошо заметна у них уже на протяжении пары десятков лет.


"Дейта":  Вы следите за современной театральной жизнью России? Что, по Вашему мнению, происходит с отечественным театром сейчас и каковы его перспективы?


Л. Анисимов:  Мне кажется, что российский театр пока находится в периоде полураспада. В стране как-то слишком активно, с каким-то мазохизмом, на протяжении десятка лет разрушалась русская классическая театральная школа. Это же абсурд! Мы разрушали то, перед чем на коленях стоял весь мир! И дай Бог, чтобы в ближайшее время начался процесс восстановления, а затем и развития.


Я уверен, что скоро в самой России разгорится интерес к русской классической театральной школе. В то же время, меня волнует вопрос: а остались ли люди, которых можно назвать носителями этого мастерства?! Таких - единицы. Их необходимо оберегать, как национальное достояние.


"Дейта":  А что касается современной российской драматургии: на ваш взгляд, можно ли говорить о ее кризисе? 


Л. Анисимов: У меня есть несколько друзей, которые целенаправленно, очень внимательно следят за современной российской драматургией. Я их попросил, чтобы при появлении чего-то нового и достойного они мне сообщили. Пока молчат. Люди эти достаточно авторитетные, их мнение для меня важно. А раз молчат - я делаю соответствующие выводы. Ситуация такая: появляются проекты, а вот пьес нет.


"Дейта":  В настоящее время общество "заражено" телесериалами. Насколько, на Ваш взгляд, это нормально и уводит ли это зрителя из театра? 


Л. Анисимов:  В этом есть несомненная опасность. Человеческое сознание либо развивается, либо разрушается - середины нет. Так вот, основная масса того, что предлагает телевидение в России, мне кажется, как раз рушит сознание. Но, думаю, что это все-таки должно прекратиться в какой-то момент. Причем, оборвать этот процесс люди должны сами. Когда именно это произойдет, сказать сложно, но такое случится. Например, так было в Японии.