233095_img_3157.jpg

Практически все написанные группой PLAZMA песни – на английском языке. Основные участники группы, Роман Черницын и Максим Постельный, начали свой творческий путь еще в 1990 году, в родном Волгограде, а в начале 2000-х взорвали радиостанции страны хитом «Take My Love» .

После концерта в интегрированной развлекательной зоне Приморья группа дала эксклюзивное интервью ИА «Дейта», вылившееся в настоящий политический спор между солистами.

Сегодняшнее выступление проходило на территории казино, поэтому первый мой вопрос связан с духом этого места. Приходилось ли вам самим когда-нибудь играть?

Роман: Это были единичные случаи. Я считаю, что в жизни нормального человека такие вещи должны происходить крайне редко и очень дозированно, но, как показывает практика, есть люди, которые склонны погружаться в эту историю. Честно, даже не знаю, азартный ли я человек.

Значит, проиграть все подчистую - это не ваша история?

Максим: Это моя история. Как-то в Москве я играл один раз и проиграл все. На тот момент ухаживал за девушкой, и чтобы войти в казино, нужно было заплатить 150 долларов, а взамен тебе давали фишки, успешно мною проигранные.

Ушли хотя бы не один? Или оставили в казино и деньги, и девушку?

Максим: Нет, этот широкий жест помог мне. Иногда проигрывать бывает довольно выгодно.

Вы довольно часто даете концерты во Владивостоке. В связи с этим что для вас значит этот город? Можете дать характеристику Владивостоку?

Роман: Для меня Владивосток имеет вполне осязаемый образ. Город весьма самобытен: по энергетике, по атмосфере, окружающей его природе и архитектуре. Образ совершенно особенный! Немногие из российских городов, в которых бывал, могут похвастать таким ощущением.

В своей гастрольной деятельности вы посещаете в том числе и малые провинциальные города страны, где публика отличается от столичной. Приходится в этой связи как-то подстраиваться под местную специфику?

Роман: Если это город, в котором мы никогда не бывали, тогда это будет стандартная программа, более-менее усреднённая. А там, где мы бываем часто, сложилась публика, которая приходит на наши выступления постоянно. Бывает, нам довольно проникновенные письма пишут в соцсетях, заканчивая словами «А спойте, пожалуйста, такую вот песню». В этом случае, мы поем то, чего обычно не исполняем, целенаправленно репетируем для какого-то города, потому что знаем: люди будут счастливы её услышать.

Можете представить образ человека, на протяжении всего вашего творческого пути слушающего вашу музыку? Проще говоря, поклонник группы PLAZMA - он какой?

Роман: Какого-то четкого портрета нет. Это могут быть разные люди, разных возрастов: наши ровесники, взрослеющие вместе с нами, есть совершенно юные, "заразившиеся" нашим творчеством от своих родителей.

В одном из своих интервью вами была затронута тема патриотизма. Вы российская группа, исполняющая исключительно англоязычные песни. На фоне захлестнувшей страну волны ура-патриотизма комфортно ли себя ощущаете? Не чувствуете отторжения у зрителя?

Роман: По правде говоря, я совершенно не разделяю последние тенденции истерии патриотизма в стране. На мой взгляд, Россия сегодня переживает достаточно смутный период. Что касается отторжения у зрителей, то я этого не чувствую. Не могу сказать, что на каком-нибудь из наших концертов я это почувствовал. Думаю, английский язык не является антипатриотическим элементом...

Максим: Английский язык здесь совсем ни при чем. Дело в том, что страна переживает прекрасные времена. Она наконец-то пытается найти свое место в этом мире, чего не было уже очень давно. Двадцать пять лет назад Россия потеряла свое лицо. Сегодня она пытается его найти, возможно, допуская какие-то ошибки, но тем не менее, сама попытка прекрасна. Таким образом, Россия получит то место в мире, которое заслуживает! В противном случае, двигаясь в векторе чужой политики, экономики и интересов, она проиграет. Есть пример Китая, который не стал двигаться в векторе чьей-то политики и приобрел гораздо больше. Мы в свое время такую возможность упустили.

Вы сказали, что в поисках своего пути ошибки все-таки есть...

Максим: Конечно, ведь, пытаясь приготовить яичницу, невозможно не разбить яиц.

Роман: Но в приготовлении яичницы разбитые яйца не являются ошибкой. Мне кажется, твоя метафора в этом смысле несколько притянута за уши.

Максим: Это англосакская метафора...

Роман: Для Максима понятие англосаксов является ругательным.

Максим: Ни в коем случае! Они прекрасные замечательные люди, что касается самих себя.

Максим, я так понимаю, вы верите в то, что у России свой, особый путь?

Максим: У любой страны есть свой путь: у Китая, США, Великобритании, Франции. И у нас должен быть свой.

Роман: Максим - это наш современный Федор Михайлович Достоевский, также полагавший, что у России своя, особая миссия.

Максим: И такая миссия была! Более того, исполнявшаяся на протяжении 70 лет. Совершенно потрясающего, но в чем-то утопического мира, построенного в СССР вопреки всему и всем.

Какую же страну мы строим сейчас?

Максим: Я не знаю, потому, что в принципе невозможно строить какую-либо страну, имея в правительстве либерал-демократов. Нельзя построить самостийную, самобытную страну, когда твое правительство движется в фарватере чуждой политики и экономики. Если есть элита, заботящаяся о стране, как, к примеру, у Китая, тогда ей повезло, а если ее не существует, то наоборот, как России. Вспомните страну в начале двадцатого века. Элиты, ненавидящие «народное быдло», разговаривающие на французском, немецком, на любом другом языке, кроме русского, желавшие жить где-то на Западе. Ничего вам не напоминает? Страна тогда рухнула, несмотря на то, что у нее было, как утверждают, прекрасное будущее, прекрасные экономические перспективы, потому что элита была невозможно оторвана от народа! Советская власть же создала единое монолитное общество, в котором все были равны...

Роман: Всеобщее равенство - это очень опасная идея.

Максим: Прекрасная идея! Более того, она была воссоздана в почти половине стран мира. Сейчас же народ оглупляют, отупляют, впаривая всем сплошной «Голубой огонек».

Отойдем от политики. Творческие ресурсы любого артиста не безграничны, скажите, а вы не боитесь потерять ощущение, когда со сцены нужно уже уходить?

Роман: На самом деле есть такая опасность - пропустить этот момент, потому что он тяжело осязаем. Но опять же, очень многие артисты уже исписавшиеся, давно не создавая ничего нового и интересного, продолжают активно гастролировать. И люди ходят на их концерты еще очень долго. Потому что артист имеет задел, созданный в период успеха, настолько гениальный и мощный, что позволяет работать до самой старости.

Как считаете, а для артиста вообще реально уловить настроения публики, когда его слушают только лишь из вежливости ?

Роман: Если нашему российскому зрителю что-то не интересно, то он из-за простой вежливости слушать и смотреть ничего не станет.

А как вы относитесь к так называемой «заказухе» на корпоративах? Многие артисты считают для себя неприемлемым выступать перед «чавкающей» публикой.

Максим: Только сильные артисты, типа Radiohead, могут себе позволить не выступать перед такой публикой.

Роман: Подавляющее число наших выступлений на «заказниках», не перед чавкающей публикой...

Максим: Они сразу перестают «чавкать» (смеется).

Роман: Атмосфера на таких мероприятиях порой бывает очень веселой! Для нас это - способ лишний раз заявить о себе и дать возможность посмотреть наше выступление людям, которые при иных обстоятельствах, никогда бы и не пришли на нас.

Максим: Считаю, если ты попал в неудобные для себя обстоятельства, нужно сделать их удобными для себя.

 Фото: ИА "Дейта"