245508_scs3v6dks34.jpg

В конце марта музыкальная группа из Владивостока Pill Couple завершила гастрольный тур по Китаю. Под одним названием музыканты выступают около года, за это время они успели завоевать любовь значительной части приморской молодежи. «Бардовская песня, немножко переосмысленная под сегодняшний век» - так, с иронией они описывают свой музыкальный жанр.

В группе четыре человека: Егор Беспалов (ударные), Артём Куликов (аранжировка треков), Кирилл Аношкин (бас-гитара) и Никита Кацман (вокал, клавиши).
 
В эфире радио Медиаметрикс. Владивосток корреспондент ИА «Дейта» поговорил с лидером группы Никитой Кацманом и узнал, как живут и чего хотят приморские музыканты.

Почему ваши песни на английском языке?

- Просто нравится. Язык этот более мелодичный, звучит мягче. И, на самом деле, синонимов, порой, намного больше. Песни на русском мы тоже записываем. Есть мысли, которые просто невозможно передать на чужом языке.
 
Откуда приходят идеи для новых треков?

- Музыка, которая создается в группе, это совокупность того, что когда-либо слышали (даже не обязательно вдохновлялись) музыканты в группе. Что такое творчество? Это то, что тебя, в принципе, выкидывает в твое подсознание. То, что ты когда-либо слышал или любил. Оно тебе, может быть, и не понравилось, а внутри что-то задело. Ты можешь даже этого не помнить, но непроизвольно воссоздаешь это в своей музыке. И у нас в группе четыре таких фактора, четыре разных случайных составляющих. И в совокупности получается то, что есть. Оно может быть на что-то похоже, но я стараюсь не говорить об этом, потому что люди сразу начинают думать, что это моя любимая группа. Если я скажу, что у нас есть песня, похожая на Doors, все сразу скажут, что я люблю Doors. Я, может быть, и люблю Doors ,но это такой случай. А порой скажут, что мы похожи на Muse, я вот ненавижу Muse.

А тексты?

- Сам пишу. Есть какая-то тема определенная, точнее, изначально есть какая-то эмоция. Ты её испытываешь и прикладываешь к определенному сюжету. Это не обязательно максимально достоверный сюжет, что-то может быть исковеркано или придумано. Но, безусловно, эмоция, имеющая к этому отношение, самая искренняя. И по этой же причине я стараюсь писать текст так, чтобы не было конкретики. Чтобы каждый мог услышать именно эмоцию, но не конкретный сюжет или событие. Можно объединиться со слушателем в эмоциях. Без акцентирования на каких-то определенных моментах. Короче, больше точек соприкосновения.

Музыка - это увлечение или образ жизни?

- Я думаю, это вопрос приоритетов. У меня на первом месте музыка, это не значит, что у меня больше ничего нет в жизни или что это образ жизни. Просто когда нужно выбирать между чем-то и чем-то, я выбираю музыку.

Расскажи о мартовском туре по Китаю?

- На самом деле, очень сложно добраться в Китай без знания китайского языка, потому что по-английски там почти никто не говорит, по-русски – тем более. Поэтому нужно либо знание языка, либо наличие человека, знающего китайский язык. И, в принципе, технология несложная. Сложности возникают в деталях. 

Какие впечатления от тура?

- Было вообще идеально. Ты просыпаешься, едешь на саунд-чек еще сонный, потому что не выспался, 3-4 раза ты ешь, вечером играешь концерт, ложишься спать, а утром снова концерт. Ничего не нужно вообще, хот всю жизнь так живи (смеется)

Но вы ездили не одни?

- Мы ездили с другой группой – Anton Anoshkin. Так вышло, что у него ритм-секция, как и в Pill Couple. Есть две группы, но различие в солистах. Мы ездили вместе, это был обоюдный тур. И большинство концертов мы играли вместе. Сначала один играет, потом второй. В один и тот же вечер. вот в эти дни у нас кто-нибудь отдыхал, но не Егор с Кириллом».

Как воспринимает китайская публика?

- Китайцев там было не так много, на самом деле. Чем севернее, тем было их меньше. И это во многом связано с тем, что китайцам не сильно-то и нужна современная музыка. Они там слушают свой китайский шансон, ходят в караоке, поют его. Основным массам не то, чтобы нужно послушать владивостокскую группу, им вообще не нужна любая группа, независимо от того, крутая она или нет. С югом легче, но в этот раз мы не были на юге. А вообще, чем южнее, тем нежнее принимают нас, кажется.

Кто же тогда был на концертах?

- Были, в основном, иностранцы. Причем разные, всех цветов кожи и всех национальностей. И русские тоже были. Полная солянка из рас и национальностей. Как принимали? Да, наверное, также хорошо, как и здесь принимают наши фанаты, с одним отличием – они почти все понимали текст, что, кстати, очень приятно. Когда к тебе подходят и говорят: «О, клевый текст, чувак!».

Непредвиденные случаи были во время тура?

- Мне запомнился концерт в Даляне. В клубе «The park». Там у нас не было акустической барабанной установки такой, какая нам нужна. Электронные барабаны физически не могут этого предложить, потому что там резина, пластик и записанные заранее звуки. Естественно, там никакой игры с чувством нет даже близко. И мы играли вдвоем, сначала Anton Anoshkin, потом Pill Couple. И если для Pill Couple электронные барабаны ещё сойдут, потому что у нас всё-таки песня, а не музыка, то у Anton Anoshkin настоящее музыкальное произведение. Поэтому приходилось выкручиваться с тем, что есть. И Егор весь концерт играл не только на электронных барабанах, но еще и на рядом стоящей обогревательной батарее. Народ визжал. Егор опрокинул бочку из под нефти, обстучал её со всех сторон, сделал, это с таким чувством, блин, я бы прослезился, если бы не было столько людей вокруг.

Почему же ваша музыка нравится людям?

- Мне кажется, мы никому тут не нравимся (смеется). Мы уже рассказывали как-то, что хочется не просто песенки петь, а некий психологический эффект оказывать на публику: вводить людей в какие-то особые новые состояния, ощущения, чтобы всё вместе сказывалось на восприятии, а не только желание потанцевать или что-то еще. Может быть, поэтому на концерты ходят, потому что вникают в атмосферу. Я не знаю, на самом деле, почему они ходят. Ходят и ходят. Не ходили бы - и ладно, я дома могу поиграть на гитарке (смеется).

Фото: из личного архива Никиты Кацмана