18+
6 декабря 2016, вторник
Важно
Приложения
ПриродаСтатьиПриморский край23 апреля 2010, 17:23печать

Приморский биолог пожаловался Президенту на безответственных чиновников


Речь идет об уничтожении леопарда в заповеднике "Кедровая падь"

23 апреля 2010, 17:23, Дейта. Как сообщил РИА «Дейта» биолог, инспектор охраны заповедника «Кедровая падь» Гурий ЯСНЕЦКИЙ, он отправил открытое письмо Президенту и Правительству России.  Вот текст письма:

«Глубокоуважаемые  господа!  Здравствуйте!  Поводом к настоящему письму послужили события, происходящие вокруг проблемы спасения и сохранения дальневосточного леопарда. Об актуальности проблемы пишут уже лет сорок многочисленные именитые деятели науки и природоохранных организаций, государственных и общественных, обремененные научными степенями, званиями и должностями. Я же пишу не по должности, а из чувства долга биолога.

В позапрошлом году состоялся решающий бюрократический удар по леопарду: ликвидированы заказники «Барсовый» и «Борисовское плато»,  частично прикрывавшие ареал леопарда. За малочисленностью охрана заказников была чисто символическая, но хоть какая-то была! Правда, на месте ликвидированных  распоряжением Министерства Природных Ресурсов вроде создан заказник «Леопардовый» - на бумаге. Фактически такой организации нет! Бюрократический шедевр - Особо Охраняемая Природная Территория без охраны!  Правда, в «Положении о заказнике» написано, что охрана осуществляется инспекторами охраны заповедника «Кедровая падь». Не говоря уже о том, что заказник почти в десять раз больше заповедника,  я, проработавший в заповеднике девятнадцать лет,  могу смело утверждать - даже заповедник практически НЕ  ОХРАНЯЕТСЯ.  Благодаря существующей технологии охраны прадедовским методом пешего патрулирования, на слух, на глаз да на авось (авось браконьер будет настолько глуп и неосторожен, что попадется навстречу), благодаря  существующей нормативной базе  и отношения руководства заповедника к охране - у нас даже оружия нет!

Ведь как происходит процесс охраны заповедника?  Патрульная группа числом не менее трех (меньше нельзя по технике безопасности) идет по заповеднику, распугивая всё живое (зверям нет разницы - браконьер или инспектор - пугаются одинаково),  в результате зимой олени режут ноги об наст,  а летом ланки бросают новорожденных телят. Кто не был у нас в тайге, вероятно,  не знает, что человека (браконьера в том числе) можно заметить на расстоянии в среднем около ста метров даже зимой, в безлиственный период, а летом, в главный браконьерский сезон корневки (добычи женьшеня) значительно меньше. Следовательно, патруль может заметить браконьера впереди и по сторонам на площади около двух гектаров, на затылке ни у кого глаз нет. Площадь заповедника около 18000 га, численность охраны - десять инспекторов, значит, за раз удастся собрать не более трех бригад, значит на каждую - около 6000 га. Отношение 6000 на 2 и есть реальная, теоретически максимально возможная охраняемость заповедника, т.е. вероятность  найти браконьера в заповеднике. И вот эту псевдоохрану  МПР хочет размазать тонким слоем на  160 000 га заказника!  Чтобы создать в заказнике ту же плотность охраны, надо взять на работу еще около сотни человек, чтобы распределить бригады по всей площади, чтобы контролировать не только дороги, но и периметры поселков (основное-то браконьерство - местное, через огород и в лес). И это всё - чтобы поймать одного браконьера из трех тысяч...

И это еще полбеды. Беда в том, что эффективность охраны оценивается по количеству протоколов, составленных  инспектором на задержанных браконьеров. То есть, молча подразумевается, что мы можем работать сколь угодно интенсивно, сколько ни будет в охране заповедника инспекторов - от этого ничего не изменится, количество браконьеров в заповеднике не уменьшится, поскольку задержание браконьера зависит только от случайной вероятности его встретить, т.е. что наша работа не имеет смысла. Или проще: чем больше браконьеров - тем лучше считается охрана!  Абсурдность показателя «по протоколам» понятна любому нормальному человеку, но попробуйте это объяснить нашему руководству! Я пробовал - пяти директорам заповедников и министру Трутневу  -  бесполезно. За Трутнева мне письмом ответил Гизатуллин, мол,  показатель объективный, а способ патрулирования за многие годы доказал свою эффективность...  Да уж, доказал: за время существования заповедника численность копытных (основной добычи леопарда) в нем сократилась в десять раз!  За эту зиму только по периметру заповедника только с дорог было убито пятнадцать оленей и косуль, основной объект охоты леопардов, и  это только то, что я знаю. А сколько перебито в заказнике - одному Богу известно, там никакого контроля над браконьерством нет вообще.

Самое страшное - при оценке работы «по протоколам» инспектор оказывается заинтересован,  чтобы на его участке было больше браконьеров, и совершенно не заинтересован, чтобы браконьеры в заповедник не ходили.  Наоборот, самые хитрые и сообразительные будут провоцировать людей на браконьерство!  Больше браконьеров - больше протоколов - лучший инспектор. Директор премию дает...

Причина этого абсурда понятна:  всякий бюрократ, в том числе и из МПР, предпочитает пересчитывать, не читая, бумажки сидя в теплом кабинете, а не делать контрольный маршрут по границе заповедника, чтобы увидеть браконьерские тропы, выбитые до голой земли, и оценить  реальный антропогенный (браконьерский) пресс в заповеднике.  Нет такой строки в отчете! Не требует этого ни директор, ни региональные природ-  охот-  сельхоз-  и прочие надзоры, ни тем более министерство.  И никто не отвечает за браконьерство в заповеднике - ни инспектора, ни  начальник охраны, ни директор. Выше я привел данные о фактах браконьерства. Думаете, кто-то за это ответил? Разве что мне достанется за вынос сора из избы.  Ни одному  инспектору начальник охраны не сделал ни малейшего порицания - чего, мол, зеваете, куда смотрите. Или думаете, директор начальнику охраны выговор объявил  за отсутствия контроля над работой инспекторов? Ничего абсолютно! Будто это совершено нормально, что браконьеры охотятся в заповеднике как хотят.  Инспектора продолжают топтать свои маршруты, на авось...

Для заповедника проблема охраняемости решается просто: нужна сигнализация по периметру на браконьерских тропах. Шесть лет назад на своем участке я поставил самодельную сигнализацию. Результат поразил меня самого: браконьеры перестали ходить на мой участок! Думаете, директор (тогда была И. В. Маслова) меня похвалила? Наоборот, попыталась уволить. Восстанавливаться на работе пришлось через суд.

Еще один интересный аспект отсутствия показателя охраняемости в работе охраны заповедника и заказника - инспекторы категорически отказываются работать по факту браконьерства. Это было хорошо заметно, пока работала моя сигнализация. Никто больше не захотел ставить у себя на участке такую систему! Довод простой: что, на каждый сигнал бегать? Да, обязательно! Просто я-то готов и десять и двадцать раз бегать на ложный сигнал (зверь пробежал, ветка упала), но не пропустить браконьера. Все остальные коллеги готовы двести раз в год ходить в бесполезные рейды, но только не бегать по сигналу о заходе браконьера! Пусть ходят - за это никакого спроса ни с кого... Просто у людей, от  инспектора до министра, не обремененных чувством долга и идеей Спасения Природы, есть твердое убеждение, (о котором открыто, естественно, не говорят) что вся суета вокруг охраны природы и спасения леопарда - суть господская блажь, словоблудие городских умников для оправдания барских забав на пленере.

Всё это не «отдельные недостатки хорошей, в целом» организации. Это система превращения праведного дела охраны природы в способ безопасного существования безответственных чиновников. Особую уверенность бюрократам придает полное отсутствие в СМИ каких-либо сведений о реальной ситуации  с охраной природы вообще и с охраной (точнее - отсутствием охраны) ареала леопарда. Зато весь интернет завален сообщениями об открытии несуществующего заказника!

Хотя можно представить себе такую ситуацию: молодой журналист заинтересовался моей информацией. Что он (она) сделает в первую очередь? Правильно, в тайгу не пойдет смотреть проблему в натуре, а позвонит директору или иному чиновнику  «от экологии» в краевой администрации.  А там, конечно, ответят, что, несмотря на отдельные недостатки, при поддержке науки и общественных организаций, работа по проекту сохранения леопарда успешно продолжается, система охраны развивается и совершенствуется и т.д. и т.п.

Наконец  в прошлом году состоялся еще один бюрократический удар - по заповеднику: «Кедровую падь» передали из Академии Наук в МПР - тому самому ведомству, от деятельности которого природу надо защищать!  Последствия передачи мы почувствовали сразу - нам почти пять месяцев не платили зарплату. Потом, правда, выплатили всё, но 27 января 2010 получили извещение, что зарплата будет понижена в два раза. Мотивировка снижения зарплаты липовая, мы, конечно, будем пытаться восстановить прежнюю зарплату (которую инфляция ополовинит за год без всяких приказов), Но это опять потраченные время, деньги и нервы.  Что ж, как платят, так и работать будем.

ПОЗИТИВ:

Для спасения (обратите внимание - не сохранения) леопарда нужны не бюрократические игры с переподчинениями и трансформациями, не бумажки, не конференции и симпозиумы, не увещевания по телевизору и не плакаты, на которые браконьеры не обращаю внимания. Как минимум нужен полный запрет всякой охоты в ареале леопарда. Сейчас под боком у заказника существуют охотничьи хозяйства, в которых на законных основаниях бьют, в том числе косуль - главную добычу леопарда. (Кстати: среди «специалистов» можно услышать мнение о перенаселении копытных - откровенная ложь, ёмкость угодий позволяет кормиться раз в десять большему стаду). Нужно создание, наконец, полноценной охранной структуры на весь ареал леопарда. Необходимо  в Положения о заповеднике и заказнике, в должностные инструкции сотрудников охраны ввести  ответственность  за охраняемость территории, чтобы инспекторы, начальник охраны и директор не премии получали за попустительство браконьерству, а взыскания Нужны технические средства контроля территории (сигнализация), которые позволят меньшему количеству инспекторов контролировать территорию на порядок эффективнее. Очень хочется надеяться на реанимацию предложения  30-летней давности о создании на территории заказника «Борисовское плато» заповедника, что обеспечило бы более высокий статус охраны. Наконец нужен полноценный реабилитационный центр (просто охраной леопарда не спасти!) по типу Лагеря Адамсона, в котором прирученных котят леопарда можно будет реадаптировать к вольной жизни. Правда, для этого нужны такие же энтузиасты, как Джон и Джой Адамсоны...

Находятся же миллиарды на строительство к саммиту АТЕС, а леопарды тоже престижный,  «парадный» объект Российского Дальнего Востока, находятся миллионы долларов на конференции и семинары по проблеме сохранения леопарда. То, что леопарды еще живы, вовсе не заслуга заседающих на конференциях деятелей, и уж тем более не МПР. Просто живучи, как кошки".

 

ЭПИ "Дейта"
Загрузка...
Курс
вчера
сегодня
USD:64.1563.92
EUR:68.4767.77
CNY:93.2292.84
ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ РУБРИКИ «Природа»
2 декабря 2016
ПРОЕКТЫ
Loading...
На данном сайте распространяется информация (материалы) информационного агентства «Дейта» - свидетельство ИА № ФС 77-44209 от 15 марта 2011 года, выдано Федеральной службой надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) – действует на основании Закона о СМИ.
© ООО «ДЕЙТА.РУ» 2001–2016 гг
редакция: 8(423)257-55-10, 2-777-236, e-mail: info@deita.ru; коммерческий отдел: 8-924-325-94-97, 8-984-147-09-88, net@deita.ru,pr@deita.ru.
При любом использовании текстовых материалов с данного сайта гиперссылка на источник обязательна
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика