18+
8 декабря 2016, четверг
Важно
Приложения
ТуризмСтатьиДальний Восток11 марта 2013, 18:14печать

Зачем россияне переезжают в китайскую глубинку?


Русские и Хуньчунь: счастливы по собственному желанию

11 марта 2013, 18:14, Дейта. Вечно подающий надежды

Хуньчунь (именно так правильно) – небольшой, по китайским меркам, город уездного значения, расположенный на стыке Китая, России и Северной Кореи. Административно относится к Яньбянь-Корейскому автономному округу провинции Цзилинь (см. историческую справку в конце материала). Корреспондент ИА «Дейта» провел несколько дней в Хуньчуне и постарался разобраться, зачем сюда переезжают русские и чем они живут.

Начало 1990-х годов стало временем надежд для этого городка, который многие десятилетия подряд  являлся воплощением китайского понятия «отдаленный сельский район». Успехи китайских реформ и перемены в России, казалось, давали шанс для прорывного развития как китайского, так и российского приграничья. Стык трех государств, близость моря, головокружительные перспективы экономического сотрудничества – все это давало основания чиновникам и дипломатам сравнивать здешние земли с дельтой Жемчужной реки на юге Китая (той самой, где Гонконг, Макао и Гуанчжоу), а Хуньчуню предрекать славу нового Шэньчжэня.

Так родился «проект Туманган», который в своей самой радикальной версии предполагал углубление русла речки Туманной (так называется река на российских картах) и превращение Хуньчуня в «морской порт». К тому моменту стало очевидно, что отсутствие у Китая выхода к морю в устье Тумангана (по условиям Пекинского трактата 1860 года) является тормозом для экономического развития всего региона. Товары, производимые здесь, могли перевозиться только через перегруженный порт Далянь на Желтом море, а контейнеровозы, прежде чем доставить их на японский или американский рынок, вынуждены были огибать Корейский полуостров.

В Приморье многие помнят страшилки начала 90-х годов о супер-порте, который китайцы вот-вот построят в устье Тумангана. Алармисты, среди которых выделялся тогдашний губернатор Наздратенко, утверждали, что итогом «туманганского проекта» будет быстрая смерть всех приморских портов. Осуществить свои задумки Пекин мог, только согласовав все с Москвой и Пхеньяном. Что было практически нереально: и тогда, и сейчас. Так что вскоре проект перешел в стадию летаргического сна, на которой остается и по сей день.

Ныне вместо строительства собственного порта китайцы добиваются налаживания транспортных коридоров к северокорейскому портового терминалу Раджин или к гаваням южного Приморья. Во всех случаях китайский трафик должен идти через Хуньчунь, который спит и видит себя центром экономического развития дельты реки Туманган.


 

На границе без перемен

Проблема в том, что многие красивые слова по поводу приграничного сотрудничества уже два десятилетия остаются словами. Международный железнодорожный переход между Махалино и Хуньчунем так и не построен. Китайцы жалуются на неконструктивную позицию РЖД, но у самих железная дорога доходит пока только до Тумэня (это в 40 км от Хуньчуня). Граница «закрывается» по воскресеньям и по праздникам (то есть именно тогда, когда в Китай устремляется максимальный поток туристов).

Добраться до Хуньчуня из Владивостока без посредничества турфирмы – это целая эпопея. Можно доехать на машине до Краскино, но найти там остановку автобусов или хотя бы их расписание невозможно. Нужно допытываться у местных жителей. Рейсовых автобусов 2-3 в день, причем о графике их движения нужно интересоваться заранее. Остальные автобусы, идущие из Владивостока, заполнены туристами, выезжающими в составе групп. Мест в них может и не быть.

Еще сложнее туристу-одиночке выбраться из Китая. В кассе покупается билет без указания времени отправления автобуса. Насчет мест в них нужно договариваться с водителем. Если место все-таки нашлось, но тебе нужно ехать не до Владивостока, а до промежуточного пункта (например, Краскино, где у тебя на стоянке стоит машина), то водителю нужно дать «на лапу» 500 рублей. При прочих равных шофер возьмет туриста, который едет до Владивостока. Местные в этой череде договоренностей и сростов чувствуют себя как рыба в воде, однако цивилизованными нравы, царящие на российско-китайской границе, назвать все же нельзя.


 

Изменения к лучшему, как всегда, ожидаются в «недалеком будущем». Например, российский пункт погранпропуска до сих пор расположен в том же ржавом ангаре, что и в 1990-е годы, однако поблизости уже видны просторные новые помещения. Россияне, живущие в Хуньчуне, утверждают, что эти здания «построены китайцами, которым «надоело ждать пока русские что-то сделают». Явная неправдоподобность данной версии собеседников не смущает. В приграничье слишком сильно убеждение, что все толковое здесь - от китайцев.

Новейшая волна русской эмиграции

Что такое китайское приграничье (Хэйхэ, Фуюань, Суйфэньхэ, Хуньчунь) для жителей российского Дальнего Востока – в рамках одной статьи не опишешь. Пожалуй, даже диссертации будет мало (хотя попытки предпринимаются). Это приключенческий авантюрный роман. Это Маяковский, Чак Паланик и суровая проза жизни в одном флаконе. В 1990-е годы они кормили и одевали. В 2000-е они стали местом для культурного (и не совсем) отдыха в духе американско-мексиканской границы. Их любят и ненавидят. Их принято ругать, но в них возвращаются.

Хуньчунь на фоне своих китайских собратьев выделяется. Здесь нет места для русского загула – бессмысленного и беспощадного. Здесь тихо. Чисто (корейская ментальность дает о себе знать). Специализация Хуньчуня: стоматология, массажи, лечебные процедуры. Типичный турист здесь: женщина в возрасте «за 40». В Хуньчунь ездят «почувствовать себя человеком»: сходить в сауну, понежиться в джакузи, вкусно и дешево покушать.


 

Как любят говорить в приграничье, «китаец в Хуньчуне неиспорченный» (подразумевается, что «испорченный» - в Суйфэньхэ). Местные жители действительно доброжелательны и улыбчивы, а городские власти стараются создать россиянам максимально комфортные условия для того, чтобы отбить  часть потока у пресловутой Суньки.

Неудивительно, что некоторым приморским туристам захотелось переехать в это чудное местечко навсегда. Благо, что граница под боком, климат привычный, а цены на недвижимость приятно удивляют. Достаточно сказать, что еще пару лет назад 4-комнатную квартиру площадью 120 квадратов можно было приобрести за 1 млн. 700 тысяч рублей. Сейчас цены, в том числе на недвижимость, подросли, но сравнение с ценами во Владивостоке по-прежнему может привести жителей приморской столицы к попыткам самоубийства.

Первые эмигранты, переселявшиеся в Хуньчунь на ПМЖ, стали появляться году эдак в 2006-м. Ежегодно число «русских хуньчуньцев» увеличивается на 3-4 семьи. «Русского квартала» не существует – россияне разбросаны по всему городу, приобретая жилье в зависимости от своего достатка. В целом, по данным китайским властей, постоянно проживает в Хуньчуне около 200 граждан России. Часть из них арендуют квартиры (зарплата в 20 тысяч рублей позволяет снимать здесь пентхаус в центре города и чувствовать себя обеспеченным человеком), но в основном – это российские пенсионеры, продавшие свое жилье в России и купившие на полученные деньги недвижимость в Хуньчуне.

На пенсию в Китай


Китайские пенсионеры ждут, когда российские начнут заниматься вместе с ними по утрам тайцзи и цигуном

В рамках подготовки этого репортажа автору довелось побеседовать с несколькими «переселенцами» из числа российских пенсионеров. Сразу скажу, мои попытки найти среди впечатлений собеседников хотя бы толику критического содержания были безуспешны. Все как один отзывались о Хуньчуне и китайцах в самых лестных оценках, были довольны жизнью и так не похожи на обычных российских пенсионеров, для которых жалобы на власть, коммунальщиков и соседей – состояние души.

Истории людей, перебравшихся в Китай на пенсию, совсем разные. Надежда Анатольевна, 64-летняя жительница Владивостока, дефектолог речи по профессии, переехала с мужем в Китай в поисках тихой гавани для комфортной и спокойной жизни на склоне лет. Наверное, именно так делают европейские пенсионеры, переезжающие проводить старость в Испанию или Грецию. Кроме того, Надежда Анатольевна критично настроена к российским политическим реалиям. В Китае в этом плане тоже все далеко не идеально, но местные проблемы в отличие от российских воспринимаются не так близко к сердцу. В Хуньчуне она устроилась в качестве преподавателя русского в языковой школе. Одна из немногих «эмигрантов», кто учит китайский язык и уже владеет им в достаточной степени, чтобы осуществлять покупки.

60-летняя Елена Николаевна переехала в Хуньчунь из деревни в Сахалинской области. На Родине она была редактором местной газеты и руководителем ячейки партии «Единая Россия». В Хуньчуне работает продавцом в магазине для русских туристов. Обстоятельства переезда в Китай были вынужденными – тяжелая болезнь мужа. После подсчетов выяснилось, что лечиться и при этом достойно жить в России позволить себе не получится: по совету друзей переселились в Китай и сейчас отсылают детям диски, полные красочных фотографий о своей жизни здесь.

60-летняя Татьяна Евгеньевна – одна из немногих, кто оказался в Хуньчуне без предварительной разведки в составе тургруппы. В Артеме, где она проживала до переезда, у нее был частный дом, «тянуть» которой у пенсионерки не было ни сил, ни желания. Продав его, она приехала и купила квартиру в Хуньчуне. Сейчас работает преподавателем, проводит время в компании соотечественниц и коллег по работе. О своей авантюре вспоминает со смехом, но без сожаления.

В Хуньчунь переезжают не только с Дальнего Востока. 64-летняя Людмила Александровна, жительница Пскова, познакомилась по переписке с одиноким мужчиной, переехавшим в китайское приграничье. Приехала к нему. Не сложилось. Мужчина уже покинул Китай, обосновавшись на этот раз в Крыму. А Людмила Александровна благодарна ему за «путевку в Хуньчунь», работает продавцом в магазине у общительной и доброжелательной китаянки Кати и уезжать пока не намерена.

«Чего же вам не хватает?» - задаю вопрос ребром. В ответ молчание и робкие попытки вспомнить хоть что-нибудь. Надежде Анатольевне не хватает светской жизни. Во Владивостоке она каждую неделю посещала филармонию, театр, музеи. В Хуньчуне этого нет и не ожидается. Людмиле Александровне хотелось бы иметь поблизости водоем, возле которого можно было бы загорать. Речка в Хуньчуне есть – протекает в самом центре, на ее берегах разбит парк, но вот загорать китайцы не любят. Начинаем обсуждать – выясняется, что загорать можно во время пикников, которые местные устраивают на «горе возле монастыря» (буддистский монастырь был построен для туристов пару лет назад). Там же, кстати, есть и грибы. Посовещавшись, претензию признаем несущественной.

Попутно выясняется также, что привычные продукты частично продаются в магазинах (существует например, «Русская пекарня» с табличкой на входе «только для русских»), частично заказываются через Интернет-аукцион «Таобао». По родным и близким, конечно же, скучают все, однако наличие высокоскоростного Интернета и «скайпа» решают и эту проблему.

Уже по дороге домой понимаю, что другой реакции на свои провокационные вопросы ожидать не стоило. Переезд в чужую страну в зрелом возрасте – это, как ни крути, сильный поступок. И совершили его люди, изначально склонные не ругать судьбу, а искать выход из положения. То, что они нашли этот выход в чужой стране – не их вина или беда, это вина и беда нашего государства. А они, новые эмигранты (которыми себя, кстати, не считают), сделали шаг в сторону комфорта, прочь от бытовых неурядиц, и вполне довольны собой и полученным результатом.

Хуньчунь как среда обитания


 

Их «новая родина» - городок действительно небольшой. Согласно последней переписи, население Хуньчуня составляет 280 тысяч человек, однако нужно учесть, что эта цифра включает в себя также жителей окрестных деревень и поселков. Половину населения составляют этнические корейцы, из них 70 тысяч человек постоянно находятся на заработках в Южной Корее. Денежные переводы «оттуда» составляют значительную часть совокупного дохода города. Во многом именно на эти деньги строятся целые новые кварталы на окраинах города.

Центральная часть Хуньчуня – три улицы вдоль, три улицы поперек. Обойти весь город можно за полчаса. Потеряться – невозможно. Такси в любой конец города стоит 5 юаней (25 рублей). После того как выпадет снег, таксисты просят сверху добавить еще пятерку. Мотивация: снег, на улицах скользко. Дороги действительно чистят неохотно. При столь низкой интенсивности движения это не страшно.

На жителя российской глубинки Хуньчунь может произвести колоссальное впечатление. В городе любят строения в псевдоклассическом стиле: с лепниной из гипса и типовыми статуями «под античность». Наибольшая концентрация подобных зданий: на т.н. «Европейской улице». Недалеко от нее – городская доминанта, 25-этажный жилой комплекс «Арбат». Местные яппи стремятся снимать жилье именно там. Аренда трехкомнатной квартиры площадью 109 квадратов на 25-м этаже обходится в 1200 юаней (7 тысяч рублей).

И «Европейская улица», и «Арбат» были построены в последние несколько лет. Точно также как и «лицо города» – огромный международный автовокзал, размеры которого явно превышают потребности уездного городка, но соответствуют амбициям Хуньчуня.


 

Главное развлечение в городе – рестораны. Для тех, кто насытился: бани и сауны. Вся «ночная жизнь» сконцентрирована в нескольких заведениях, ориентированных, прежде всего, на русских туристов. В кабаке под названием «Музыка» на полную громкость играет русский шансон, а сурового вида дальнобойщики флиртуют с приехавшими «оторваться» туристками из поселков и деревень Приморского края. Фишка ресторана «Березка» - шоу филиппинских артистов. По вечерам здесь берут деньги за входной билет, но с посетителями все равно проблем нет.

Павел, управляющий одного из развлекательных заведений города, тоже своего рода мигрант, но мигрант трудовой. Свое нынешнее положение воспринимает как ступеньку в карьере: он занимается амбициозным проектом. Ради него он отказался от перспективы управлять маленьким пляжным баром на острове Бали. Каждый день с утра до вечера он проводит в четырех стенах своего заведения. За месяц набирается четыре выходных, которые он предпочитает проводить во Владивостоке. В Хуньчуне компания снимает ему номер в гостинице, расположенной в двух минутах ходьбы от работы. Павел живет как в замкнутом пространстве: дистанция «дом-работа-дом» сведена у него до 50 метров. «Я знаю,  что такое – день сурка», - признается  собеседник. В Хуньчуне он работает ради денег и карьеры. Уровень зарплаты, которую он получает здесь, можно иметь и во Владивостоке, но стоимость жизни здесь и на Родине несравнима. На вопрос, чего же ему не хватает в Хуньчуне, ответ однозначен. Скучно. Нет не только привычных питейно-танцевальных заведений, но и, скажем, бассейна. А главное – нет той кипящей энергетики, которая есть во Владивостоке. Здесь все спокойно и размеренно. Для кого-то это плюс, для кого-то – не очень.

Вторит ему и 24-летний Саша Пак, работающий администратором в одном из местных ночных клубов. У него своя история: в Китай он приехал учиться с Сахалина. Отучился в Яньбяньском университете по специальности «Китайский язык для иностранцев». В отличие от всех предыдущих собеседников, он свободно говорит по-китайски и подумывает учить корейский. В Яньбянь-корейском автономном округе ему, корейцу по национальности, комфортно. При этом даже он не воспринимает Хуньчунь как место, где можно прожить всю свою жизнь. Говорит, нужно развиваться дальше: переехать если не в крупный город, то хотя бы в соседний Яньцзи. В отдаленной перспективе можно рассмотреть и переезд обратно в Россию. Тем более, что жениться хотелось бы на девушке из России. В Хуньчуне он видит себя только в качестве владельца бизнеса. С ним сложно не согласиться – пока другой достойной работы для молодого человека, кроме как во главе собственного дела, в Хуньчуне не найти.

«Русский клуб»


 

Те же, кто уезжать уже не собирается, сами создают вокруг себя комфортную среду обитания. Так, в декабре прошлого года была создана неформальная организация – «Русский клуб в Хуньчуне». Неформальная – потому что, по китайским законам, иностранная общественная структура не может быть зарегистрирована в принципе. Если бы организаторы «Русского клуба» ставили бы перед собой конъюнктурную задачу войти в реестры органов юстиции, им пришлось бы приглашать на роль зиц-председателя китайца и содержать бухгалтера. Это было признано нецелесообразным, ведь и в своем неформальном статусе «Русский клуб» может выполнять свои задачи. Главные из них: создание среды для общения, а также помощь россиянам, попавшим в сложные ситуации.

Такие ситуации случаются регулярно. Буквально пару недель назад стало плохо одной из пенсионерок, живущих в Хуньчуне. Местная община собрала деньги на лекарства. Масса проблем может возникнуть из-за языкового барьера (большинство «русских хуньчуньцев» китайского языка не знает и учить не хочет), а также режима пребывания иностранцев. Вид на жительство в нынешнем Китае иностранцу могут дать в случае заключения брака с китайцем. Наши же, даже после приобретения недвижимости, в Китае живут по визам. Прецедентов, когда россиянину отказывали во въезде в КНР, где у него куплено жилье, пока не было. Однако многие местные русские осознают шаткость своего нынешнего статуса и надеются, что сообща им будет легче отстаивать свои законные права.

За короткое время «Русский клуб» приобрел признание и поддержку как у местных властей, так и у головной организации российской диаспоры в Китае – Координационного совета соотечественников. Было проведено несколько мероприятий, приуроченных к российским праздникам, которые собирали до 50 человек. В офисе клуба организовали небольшую библиотеку из русских книг. Недавно появилась секция бокса. «Русский клуб в Хуньчуне» на достигнутом останавливаться не собирается. Планы – амбициозные. Как, впрочем, и у самого Хуньчуня.

Вместо постскриптума: историческая справка

Территория Яньбянь-Корейского автономного округа стала частью Китая совсем недавно – в начале ХХ века. Исторически она была заселены тунгусо-маньчжурскими народами. В свое время в районе нынешнего Хуньчуня находилась одна из столиц тунгусо-маньчжурского государства Бохай, которое хоть и находилось под значительным культурным влиянием Китая, как и вся Восточная Азия, но частью Поднебесной не являлось. Позже эти земли взодили в состав государства чжурчжэней – предков маньчжуров и удэгейцев. В XVII веке маньчжуры и вовсе захватили власть в Китае, установив на 250 лет владычество своей династии. Маньчжурские властители нехотя осваивали северные окраины своего государства, справедливо воспринимая их как свои «родовые угодья». И хотя на картах огромные куски нынешних российских территорий могли значиться как принадлежащие Цинской империи (так правильно называть государство, возглавляемое маньчжурской династией), реального экономического освоения и административного контроля Пекина здесь не существовало. На северо-востоке того, что сегодня называется КНР, существовала маньчжурская администрация, но китайцам здесь селиться было запрещено.

Ситуация изменилась только в XIX веке, что во многом было спровоцировано экспансией Российской империи.  В 1860 году в Пекине Россией и Цинской империей было проведено территориальное разграничение земель к югу от Амура, на которые в равной степени претендовали обе державы. Так населенный тунгусо-маньчжурскими народностями Приморский край отошел к России. Граница на южном участке прошла по водоразделу рек. Согласно тексту Пекинского трактата: «Граничная линия упирается в реку Туманган на двадцать китайских миль (ли) выше впадения ее в море». Территория южнее реки – это была уже Корея. Китай, раздираемый политическим кризисом и безуспешными войнами с западными державами, лишился выхода к Японскому морю – последствия этого в полной мере были осознаны только век спустя.

Что касается корейцев, то массово к северу от Тумангана они стали селиться лишь в конце XIX века, осваивая эти территории одновременно с китайцами (после 1860 г. запрет на поселение был снят). После победы коммунистов в китайской Гражданской войне корейцам, живущим в КНР, было предоставлено право на национальную автономию. Столицей автономного округа стал город Яньцзи (среди российских турфирм известен как «Янцзы», что является примером вопиющей неграмотности). На высших административных должностях здесь этнические корейцы, однако партийным руководителем всегда является китаец. Наравне с китайским используется корейский язык. Для корейцев, которые составляют треть населения округа, предусмотрены льготы в плане образования и карьеры. Специфика Яньбяньского округа, к которому относится и Хуньчунь, прослеживается в большом количестве ресторанов корейской кухни и саун в корейском стиле.

март-2013, Владивосток-Хуньчунь.

ЭПИ "Дейта"
КОММЕНТАРИИ
  • Случай21:14, 11 Марта 2013
    Улыбнул сюжет!? Или нет?! По сути! Живут без гражданства по визе? Живи дорогой пока живешь? А потом? Где хоронят не ясно? Среди собакоедов? "неформальная организация – «Русский клуб в Хуньчуне». Неформальная – потому что, по китайским законам, иностранная общественная структура не может быть зарегистрирована в принципе. Если бы организаторы «Русского клуба» ставили бы перед собой конъюнктурную задачу войти в реестры органов юстиции, им пришлось бы приглашать на роль зиц-председателя китайца и содержать бухгалтера. В Хуньчуне компания снимает ему номер в гостинице, расположенной в двух минутах ходьбы от работы. Павел живет как в замкнутом пространстве: дистанция «дом-работа-дом» сведена у него до 50 метров. «Я знаю, что такое – день сурка», - признается собеседник. В Хуньчуне он работает ради денег и карьеры. Уровень зарплаты, которую он получает здесь, можно иметь и во Владивостоке, но стоимость жизни здесь и на Родине несравнима. "
    Развернуть
    • Hakersha.ru03:12, 13 Марта 2013
      столько желчи. . завидно что ли стало?
      Развернуть
      • ®-==-® поЦоны с раЁна ®-==-®10:18, 18 Марта 2013
        да пропедрос лизоблюд детектед
    • Псевдоним17:56, 18 Марта 2013
      Умирать надо в России. А жить в Китае
      Развернуть
      • Псевдоним21:04, 23 Марта 2013
        Ой, не надо в России умирать, дорого!
Читать все комментарии
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Анонимно
 
Авторизовано
ВойтиРегистрация
 
Другие
Внимание!
В комментариях не допускается размещение сообщений, способствующих разжиганию религиозной, расовой и национальной розни, призывающих к экстремистской деятельности. Редакция РИА «Дейта» предупреждает: в случае появления на сайте информационного агентства Ваших комментариев подобной направленности, Ваш IP-адрес может быть передан в правоохранительные органы. Также просим Вас воздержаться от использования нецензурной лексики, оскорблений, сообщений, содержащих заведомо ложную информацию и клевету, - в противном случае Ваш комментарий будет удален.
Будьте взаимно вежливы и уважайте мнение друг друга.
Загрузка...
Курс
вчера
сегодня
USD:63.8763.91
EUR:68.6968.50
CNY:92.8992.83
ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ РУБРИКИ «Туризм»
ПРОЕКТЫ
Loading...
На данном сайте распространяется информация (материалы) информационного агентства «Дейта» - свидетельство ИА № ФС 77-44209 от 15 марта 2011 года, выдано Федеральной службой надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) – действует на основании Закона о СМИ.
© ООО «ДЕЙТА.РУ» 2001–2016 гг
редакция: 8(423)257-55-10, 2-777-236, e-mail: info@deita.ru; коммерческий отдел: 8-924-325-94-97, 8-984-147-09-88, net@deita.ru,pr@deita.ru.
При любом использовании текстовых материалов с данного сайта гиперссылка на источник обязательна
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика