27 июня 2022, 12:15: Меняйте банк выпуска карты: россиян предупредили об опасности 27 июня 2022, 11:45: Русифицированный "Макдональдс" скоро откроют во Владивостоке Курсы валют от ЦБ на 27.06.2022: 1 Доллар США = 53.32 руб. 1 Евро = 55.96 руб. 10 Китайских юаней = 80.18 руб. 100 Японских иен = 39.44 руб. 27 июня 2022, 11:25: Владивосток ярко отметил День молодёжи 27 июня 2022, 11:15: Грядёт масштабный обвал рынков — экономист предрёк катастрофу 27 июня 2022, 11:05: Федералы выясняют, что стало с дальневосточными лесами Курсы валют от ЦБ на 27.06.2022: 1 Доллар США = 53.32 руб. 1 Евро = 55.96 руб. 10 Китайских юаней = 80.18 руб. 100 Японских иен = 39.44 руб. 27 июня 2022, 10:35: Кто и как будет «топить» Германию, рассказал Хазин 27 июня 2022, 10:30: Штормовое предупреждение объявлено в Приморье 27 июня 2022, 10:20: Дожди возвращаются в Приморье Курсы валют от ЦБ на 27.06.2022: 1 Доллар США = 53.32 руб. 1 Евро = 55.96 руб. 10 Китайских юаней = 80.18 руб. 100 Японских иен = 39.44 руб. 27 июня 2022, 10:15: Озвучено, можно ли делать покупки с банковской карты родственника 27 июня 2022, 09:45: Телефонные мошенники нашли новый способ «развода» россиян

Кто подключит к интернету «Цифровой концлагерь» и что делать с партизанами в «цифровом Приморье»?


Кто подключит к интернету «Цифровой концлагерь» и что делать с партизанами в «цифровом Приморье»?

«Цифровизация» стала трендом государственной риторики последнего времени. Помимо уже подаренного электронного правительства населению обещают «цифровые регионы» и «умные города», устранение «цифрового неравенства» и прочие электронные блага, однако на самом деле все сложно, сообщает DEITA.RU.

Однако на фоне сплошного позитива раздаются голоса вполне себе системных экспертов типа депутата Госдумы Михаила Делягина об угрозе «цифрового концлагеря». Оно и понятно, добывать прибыль из «новой нефти», которой, как известно, в современной России назначили ее простых граждан, сподручнее, когда к каждому из них можно дотянуться посредством Интернета.

А здесь, как оказывается, все радужно пока только на красивых картинках подписания разных договоров о намерениях и презентациях высокотехнологических проектов. Под угрозой не только такие банальные вещи, как комфортная электронная среда граждан и доступ к современным сервисам, но и, о Господи, ставка, сделанная Администрацией Президента на дистанционное электронное голосование и вообще всяческую виртуализацию политического процесса уже в краткосрочной перспективе – к выборам президента в 2024 году. 

О цифровом неравенстве российских граждан впервые заговорил еще Дмитрий Медведев во время своего президентства. Поручил дело ответственным товарищам, потребовал обеспечить все социальные учреждения страны доступом к Интернету.  Позднее родилась и целая госпрограмма устранения цифрового неравенства, как часть нацпроекта «Цифровая экономика». Расходовать государственные деньги поручили «Ростелекому».

Выглядит это на практике следующим образом: «Ростелеком» тащит оптоволоконный кабель к забытой богом и людьми деревне, где организуется коллективная точка доступа. Как правило, точки доступа размещаются так, чтобы в зону охвата входили социально значимые объекты: школы, библиотеки и фельдшерско-акушерские пункты, или что там, в селе, еще осталось.

Судя по отчетам региональной Минцифры, за три года реализации программы в Приморье проложено 980 километров волоконно-оптических линий связи. В результате к Интернету подключены все органы местного самоуправления, 211 общеобразовательных учреждений, 233 учреждения культуры, 285 фельдшерско-акушерских пунктов. Скорость составляет от ужасных 10 до прекрасных 100 мегабит в секунду.

И осваивать деньги предстоит еще долго. Даже по данным официального Росстата, в конце 2020 года доступа к Интернету в стране не было у 28,6% домохозяйств. Самый сильный цифровой разрыв зафиксирован у деревень численностью до 200 и до 1000 человек — в Сеть выходит 48,5% и 49,7% семей соответственно.

В целом на Дальнем Востоке ситуация не выбивается из общегосударственной картинки: если с городами и крупными населенными пунктами все более или менее гладко, то сельское население, которого в регионе порядка 25 процентов зачастую находится на уровне «цифровых партизан».

«Нет технической возможности подключения», - бодро отвечает девушка-оператор интернет-провайдера в ответ на запрос потенциального клиента. Причин тому может быть масса: от ушедшего в запой монтажника до давно сгнившей пары. Но результат один – отсутствие столь нужной и важной в современном мире услуги. С такой ситуацией можно легко столкнуться не только в дебрях приморской тайги, но и вполне себе на территориях, близких к Владивостоку, которые по грандиозным планам чиновников должны буквально завтра стать частью многомиллионной агломерации.

И это, как ни странно, законно: по Правилам оказания телематических услуг связи, утвержденных постановлением правительства, «оператор связи имеет право отказать в заключении договора при отсутствии технической возможности для предоставления доступа к сети передачи данных».

Строго говоря, техническая возможность подключения к всемирной сети есть всегда. Вопрос лишь во времени и стоимости. Можно протянуть оптоволоконный кабель на десятки километров к таежной пасеке с одним пользователем и с интересом наблюдающими за ним медведями. Но кто оплатит сотни миллионов рублей за такую работу? Уж точно не пасечник, да и навряд ли медведи.

Потому граждане и скатываются в «партизанщину», обращаясь к «народным умельцам», которых в Приморье, как и во всей России, масса.

«Интернет там, где его нет», - обычный текст объявления на популярных порталах. Придется оплатить стоимость выезда специалистов, а также оборудования и его монтажа, но в любом случае речь идет не о миллионах, и даже не о сотнях тысяч рублей. Бригада выедет на место, протестирует сигналы от спутников и мобильных операторов и предложит самый оптимальный вариант. Устанавливаются антенны и усилители сигнала разной степени легальности. За иные, ставящие помехи базовой станции и на жизненно важных радиочастотах, можно дождаться и визита людей с суровыми лицами и красными удостоверениями.

 Дело в том, что эксплуатация усилителей сигнала сотовой связи частными лицами была запрещена Госкомиссией по радиочастотам еще в 2012 году. Возникает парадокс: продажа и покупка усилителей - действия законные, а его использование – нет. То есть, можно прийти в официальный магазин сети бытовой техники, приобрести в нем прибор российского производства со всеми нужными наклейками, лицензированный. А включать его дома нельзя – за это административный штраф. А еще возможны судебные иски о возмещении упущенной выгоды со стороны операторов связи. Что-то схожее есть, например, с «автоконструктором». Приобрести такую машину можно, а вот законным образом поставить на государственный регистрационный учет и передвигаться на ней – нельзя. Для России проблема с усилителями сигнала очень актуальна: по оценке специалистов Главного радиочастотного центра, в 2020 году на территории всей страны по обращениям операторов связи выявлено 3123 усилителя сигналов подвижной радиотелефонной связи, являющихся источниками помех.

Интернет таким образом с усилителем появляется, хотя нередко ситуация сводится к тому, «как попить из лужи, чтобы понять, что вода из-под крана лучше». Даже серьезно усиленный таким образом сигнал с возможностями оптоволоконного кабеля в доме не сравнится. Да и как в случае с настоящими партизанами – «цифровых» может ждать суровое наказание от лица администрации.

Между тем, ситуация с устранением «цифрового неравенства», как и многое в России, временами напоминает черную комедию. Государство планирует к 2030 году обеспечить мобильной связью и Интернетом 24 тысячи населенных пунктов численностью 100–500 человек. Сейчас они подключены в 12,5 тысячах. То, кому подключить в первую очередь, решали в 2021 году путем голосования на Госуслугах. Есть в этом что-то трагикомичное: проводить в Интернете голосование о подключении к Интернету среди жителей населенных пунктов, в которых Интернета нет.

Тем не менее, голосование состоялось, завершилось в середине ноября. На портале Госуслуг в стране проголосовали более 630 тысяч человек, еще более 10 тысяч прислали свои голоса по обычной почте, за неимением электронной. Перечень населенных пунктов, которые первыми будут подключены к интернету в 2022 году, обещают опубликовать в конце декабря. Пока же системы светофоров и видеонаблюдения в «умных» городах резко контрастируют с сельчанами, пытающимися «поймать» хоть какую-то связь.

Да и с «умными городами» наблюдается какая-то странная ситуация – например, еще в 2019 году «Ростелеком» и Дальневосточный фонд высоких технологий заявили, что готовы сотрудничать для реализации пилотного проекта «Умный город» на Дальнем Востоке.

Правда потом все как-то замолкает, из «умного города» выходит только скандал с остановками во Владивостоке, которые не подключили к интернету, а появляется уже новый проект - «Цифровое Приморье», согласно которому, обещали запустить уже в апреле 2022 года целых 30 сервисов, конечно же, умных и цифровых, только вот апрель уже через 4 месяца.

Главное, что с проектом уже все лихо закрутили. Изначально его презентовали как какой-то совместный проект Дальневосточного фонда высоких технологий (не слышали, а он есть) и некой группы компаний «Вессолинк». Помимо проекта есть и вполне реальное ООО «Цифровое Приморье», совладельцами которого являются одновременно ООО УК ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ФОНД ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ и некое ООО «Бонас». При этом доля в этом самом ООО принадлежит директору ООО «Цифровое Приморье» бывшему приморскому депутату Сергею Кушнырю. Совладельцем «Бонаса» помимо бывшего депутата Кушныря является и г-жа Никонова Анастасия Олеговна.

Тут же нам заявляют, что ряд проектов в рамках «Цифрового Приморья» уже как проекта будет выполнять не ООО «Цифровое Приморье», что, наверное, было бы логично, а уже другое ООО - компания «Вессолинк» (вот она наконец-то и появилась). Причем и сама компания, и ее директор Олег Бадера, который, кстати, по официальным данным директором не является, презентуются в Приморском крае не иначе как инвесторы и участники концессии с краевыми властями, при этом чистая прибыль компании-инвестора-концессионера за прошлый год составила аж 54 тыс. рублей по официальным данным системы SELDON. Интересно и другое – 50 процентов «Вессолинка», который реализует проекты из пакета «Цифрового Приморья», принадлежит OOO «Бонн», единственным владельцем которого, в свою очередь, является все та же г-жа Никонова Анастасия Олеговна, владеющая и частью «Электронного Приморья». Расписывать цепочку можно долго, но в общем круг цифровизаторов не столь велик, тем более, что уже в 2021 году примерно одними и теми людьми были открыты аналогичные компании в других субъектах ДФО. Вроде бы ничего плохого и не случилось пока с цифровизацией и борьбой с цифровым неравенством, только вот лихо закрученная схема вокруг государственного проекта отчего-то с одной стороны вгоняет в тоску.

Стоит отметить, что у региона уже есть негативный опыт реализации всяких умных программ. Так, фактически не была реализована краевая программа «Электронное Приморье» на 2005 – 2010 гг., дело даже закончилось несколькими скандалами с криминальным уклоном, примерно на том же уровне осталось и развитие телемедицины в Приморье, на которое потратили немало бюджетных денег.

Радует одно – может с «цифровым концлагерем» будет, как и с «умными остановками» - к интернету не подключат?

Автор: Дмитрий Санников, Михаил Светлов