Владивосток:
-3°C
Волонтеры на станции кольцевания птиц никогда не будут лишними. Именно там корреспонденту ИА «Дейта» удалось открыть для себя мир пернатых.
Когда вы в последний раз держали в руках дикую птицу? Ощущения непередаваемые, чувствуется животная прыть и жажда жизни в одном крохотном мягком комочке. Само осознание того, что птица дикая и никогда сама не попадёт в руки человека, придаёт этому событию волнующий окрас. Однако для орнитологов это обычные рабочие будни. Через приморскую станцию кольцевания птиц в день могут пропустить свыше двух сотен пернатых.
Станция кольцевания находится близ поселка Новолитовск и ведёт свою историю с 1998 года. Именно тогда с другого берега Японского моря «прилетела» идея ее создания. Так и навелись мосты дружбы русских орнитологов с японскими. Вот только в небольшой островной Японии около 30 станций кольцевания птиц, а наша огромная материковая страна такими цифрами похвастаться не может.
Самой крупной станцией в России по праву является Куршская коса в Калининграде, она находится на бюджетном финансировании. Приморскую станцию в финансовом плане государство не поддерживает, своими силами ее содержит Ольга Вольчук, кандидат наук, старший научный сотрудник лаборатории орнитологии ДВО РАН. По словам коллег, в планах у специалиста расширить владения и более массово развивать экокультуру жителей Приморья.
В холода обход сеток осуществляется каждые полтора часа, а то и чаще, чтобы обездвиженные в сетках птички не успели замёрзнуть. Орнитологи аккуратно распутывают их и помещают в хлопковые мешочки, затем несут на станцию кольцевания. Эта небольшая постройка поделена на несколько зон: кухню, рабочую зону, место отдыха, место хранения съестных припасов и печь, которая спасает от морозов. Там их встречает огромная собака, внешне похожая на инопланетного мангалора из "Пятого элемента" – для нее тоже отведено свое место.
Когда вы в последний раз держали в руках дикую птицу? Ощущения непередаваемые, чувствуется животная прыть и жажда жизни в одном крохотном мягком комочке. Само осознание того, что птица дикая и никогда сама не попадёт в руки человека, придаёт этому событию волнующий окрас. Однако для орнитологов это обычные рабочие будни. Через приморскую станцию кольцевания птиц в день могут пропустить свыше двух сотен пернатых.
Станция кольцевания находится близ поселка Новолитовск и ведёт свою историю с 1998 года. Именно тогда с другого берега Японского моря «прилетела» идея ее создания. Так и навелись мосты дружбы русских орнитологов с японскими. Вот только в небольшой островной Японии около 30 станций кольцевания птиц, а наша огромная материковая страна такими цифрами похвастаться не может.
Самой крупной станцией в России по праву является Куршская коса в Калининграде, она находится на бюджетном финансировании. Приморскую станцию в финансовом плане государство не поддерживает, своими силами ее содержит Ольга Вольчук, кандидат наук, старший научный сотрудник лаборатории орнитологии ДВО РАН. По словам коллег, в планах у специалиста расширить владения и более массово развивать экокультуру жителей Приморья.
В холода обход сеток осуществляется каждые полтора часа, а то и чаще, чтобы обездвиженные в сетках птички не успели замёрзнуть. Орнитологи аккуратно распутывают их и помещают в хлопковые мешочки, затем несут на станцию кольцевания. Эта небольшая постройка поделена на несколько зон: кухню, рабочую зону, место отдыха, место хранения съестных припасов и печь, которая спасает от морозов. Там их встречает огромная собака, внешне похожая на инопланетного мангалора из "Пятого элемента" – для нее тоже отведено свое место.
В рабочей зоне измеряют длину клюва, головы, цевки, крыла и хвоста птички. А также оценивается балл жирности птиц, их вес и состояние оперения. Чаще всего в сети попадаются представители отряда воробьинообразных, иногда зимородки и хищные птицы. К славковым относятся пеночки, крапивницы, то есть птицы маленького размера, к вьюрковым - сойки, дрозды, – птицы, обладающие мощным клювом. Кольцуют всех, для этого существует четыре вида колец. В основном в расход идут вторые по размеру колечки, они подходят для овсянок, соловьев, тех птиц, которые летят массово и часто попадаются в сети орнитологов.
Все измерения и наблюдения записываются и на их основе делают прижизненный анализ птиц, их популяции, динамики изменения численности.
«Дальних возвратов очень мало, выживаемостью у птиц низкая, – рассказывает Константин Масловский, кандидат наук, который живет на станции уже два месяца, а трудится здесь с 2005 года. – Вот недавно под Гонконгом поймали нашу птицу».
Орнитолог рассказал, что волонтеры лишними на станции никогда не будут: спальные места и пропитание есть. Главное, чтобы было желание. Многие студенты приезжают сюда ради материалов для дипломных и курсовых работ – орнитологи очень гостеприимные люди.
Все измерения и наблюдения записываются и на их основе делают прижизненный анализ птиц, их популяции, динамики изменения численности.
«Дальних возвратов очень мало, выживаемостью у птиц низкая, – рассказывает Константин Масловский, кандидат наук, который живет на станции уже два месяца, а трудится здесь с 2005 года. – Вот недавно под Гонконгом поймали нашу птицу».
Орнитолог рассказал, что волонтеры лишними на станции никогда не будут: спальные места и пропитание есть. Главное, чтобы было желание. Многие студенты приезжают сюда ради материалов для дипломных и курсовых работ – орнитологи очень гостеприимные люди.
Как у любого хорошего специалиста, у орнитологов есть особенность. Они всегда замечают пернатых на улицах и мгновенно распознают их голоса.
«Знаешь, сколько киноляпов сделано в области орнитологии, – рассказывает Константин, – показывают заграничные места, а птицы поют наши, русские».
«Знаешь, сколько киноляпов сделано в области орнитологии, – рассказывает Константин, – показывают заграничные места, а птицы поют наши, русские».
«Вот «Большой год» – хороший фильм, там показана вся психология орнитологов, – говорит Иван Тиунов, орнитолог, кандидат наук, – в этой кинокартине бердеры гоняются за впечатлениями и могут пожертвовать всем ради птиц. Как и в нашей жизни».
Свои вечера русские бердеры проводят под песни Евгения Коблика - барда-орнитолога, пробуя кулинарные туристические «изыски». Они, конечно, будут утверждать, что со временем ощущение романтики теряется и остается только тяжелая работа, но мы не дадим себя обмануть, держа в ладошке маленькое пернатое создание и ощущая стук его сердца.
Редакция ИА Дейта желает эти увлеченным своим делом людям успехов в развитии самого редкого, но заслуживающего внимания направления - сотрудничества России и Японии в области изучения птиц.
Текст, фото: Александра Чистик
Редакция ИА Дейта желает эти увлеченным своим делом людям успехов в развитии самого редкого, но заслуживающего внимания направления - сотрудничества России и Японии в области изучения птиц.
Текст, фото: Александра Чистик
