Уроки Хасана: почему СССР не пришлось воевать на два фронта

Спецпроект DEITA.RU «Эта линия на карте крепче каменной стены»: Герои Хасана. Глава 6. Разбор полетов – реформы в армии. Трагедия Маршала Блюхера. Создание фортификационных сооружений для прикрытия государственной границы, реформирование административной и хозяйственной системы края, применение Хасанского опыта в будущих боях с японцами – на Халхин-Голе и в ходе Советско-Японской войны 1945 года.

Опыт, оплаченный кровью

«Для нас было ясно, что в любую минуту может возникнуть новый инцидент, и, кто знает, не станет ли он еще более крупным, чем хасанский!» - писал в мемуарах командующий Тихоокеанским флотом Николай Кузнецов.

Несмотря на победу советских войск на Хасане летом 1938-го, международная обстановка накалялась, и советское правительство приступило к работе над ошибками и укреплению дальневосточных рубежей, с учетом полученного боевого опыта.

Изучение итогов Хасана было предельно серьезным. Уже 31 августа 1938-го состоялось заседание Главного военного совета РККА с участием Сталина, Ворошилова, Буденного, Шапошникова, Молотова, Фриновского и других первых лиц государства.

«События этих немногих дней обнаружили огромные недочеты в состоянии КДфронта. Боевая подготовка войск, штабов и командно-начальствующего состава фронта оказались на недопустимо низком уровне. Войсковые части были раздерганы и небоеспособны; снабжение войсковых частей не организовано. Обнаружено, что Дальневосточный театр к войне плохо подготовлен (дороги, мосты, связь)», - говорилось в приказе наркома обороны.

Проверяющие обнаружили «ряд вопиющих безобразий», таких как некомплект личного состава, дезорганизация, «разбазаривание» бойцов на разного рода хозработы, неисполнение директив Главного военного совета и тд. Войска выступили к границе по боевой тревоге совершенно неподготовленными, констатировали члены специально созданной комиссии.

«Во многих случаях целые артбатареи оказались на фронте без снарядов, запасные стволы к пулеметам заранее не были подогнаны, винтовки выдавались не пристрелянными, а многие бойцы и даже одно из стрелковых подразделений 32-й дивизии прибыли на фронт вовсе без винтовок и противогазов.

Несмотря на громадные запасы вещевого имущества, многие бойцы были посланы в бой в совершенно изношенной обуви, полубосыми, большое количество красноармейцев было без шинелей», - говорилось в приказе Ворошилова.

В результате такого недопустимого состояния войск фронта Красная армия в этом сравнительно небольшом по масштабам столкновении понесла значительные потери.

«Эти потери не могут быть оправданы ни чрезвычайной трудностью местности, на которой пришлось оперировать нашим войскам, ни втрое большими потерями японцев», - считал нарком.

Замечания касались и боевой подготовки. Ворошилов констатировал, что все рода войск, в особенности пехота, обнаружили неумение действовать на поле боя, окапываться, маневрировать, сочетать движение и огонь, применяться к местности, что в условиях Дальнего Востока, изобилующего горами и сопками, является азбукой боевой и тактической выучки войск.

И эти жесткие обвинения в адрес Дальневосточного фронта подтверждаются и сообщениями непосредственных участников.

Из воспоминаний бывшего начальника погранзаставвы Заречная 59 погранотряда Степана Горбатовского:

«Утром рано на мою заставу прибыл стрелковый 118 полк 40 дивизии помогать нам, пограничникам, с холостыми патронами и деревянными учебными гранатами. Командир полка ответил, что ему сказали учебная тревога. Особый отдел арестовал командира полка и командиров батальонов. Из резерва прибыл новый командир полка и командиры батальонов. В 12 часов привезли им боевые патроны и гранаты. Все это в деревянных ящиках. Люди новые приняли полк и не знают, как он подготовился к бою.

Я вел наблюдение за японским движением в направлении высоты Заозёрной, и вдруг на мою заставу зашел капитан, командир батальона, и просит меня, чтобы я спустился с высоты с ним и показал, как распечатывать ящики с гранатами. Я удивился. Командир батальона, капитан, не знает, как распечатать гранаты.

Рядом со мной сидел пограничник Горлочев, я ему говорю иди помоги им. Горлочев спустился с высоты с капитаном. Я стал посматривать не только за японцами, но и за пограничником Горлочевым.

Он взял у солдата полка топорик и стал рубать железные обручи, чтобы открыть ящик с гранатами. Полк весь разбежался по оврагам, в том числе и всех рангов командиры.

Оказалось, что боевые гранаты не давали с целью экономии. Вот где собака зарыта – с целью экономии… Людей не обучали и не готовили к войне. Этот 118 полк вечером 1 августа пошел в бой, а к утру 2 августа от этого полка осталось 180 человек».

Будущий Маршал советского Союза, главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке в 1945-м Александр Василевский в 1938-м принимал участие в работе комиссии по анализу действий РККА в ходе боевых действий у озера Хасан в качестве сотрудника Генерального штаба и вспоминал, как после Хасанских событий в боевую и оперативную подготовку войск и штабов вносились коррективы.

«У меня осела в памяти, свежа и до сих пор поправка, внесенная рукою любимого нами К. Е. Ворошилова, в раздел о недостатках в тактической подготовке бойца. Там, где говорилось о слабом умении бойцов при наступлении пользоваться малой шанцевой лопатой, о пренебрежительном отношении к ней, о неумении быстро окапываться при перебежках, что приводило к излишним потерям в людях, К. Е. Ворошилов вписал в приказ (привожу по памяти):

«Наш долг добиться от бойца уважения и любви к своей лопате и научить его пользоваться ею так же быстро и сноровисто, как быстро и сноровисто он орудует ложкой за столом».

Малая сапёрная лопата - действительно необходимый инструмент как в, наступлении, так и в обороне. Скептическое отношение к лопатке улетучивается после первых же занятий по тактической подготовке, не говоря уже о первом бое. Война – это не столько стрельба, сколько долгие переходы и постоянное окапывание. Умение быстро окапываться часто спасает жизнь солдата. Даже небольшое углубление на местности дает снижает вероятность поражения огнём, если атака захлебнулась и личный состав прижат к земле огнем неприятеля,

У опытного бойца на лопатке заточена боковая грань, и её можно использовать как топор и не только в быту. В ближнем бою, в рукопашной в умелых руках она становится грозным оружием и часто определяет исход поединка. И сегодня этот навык по-прежнему важен, несмотря на то, что характер боевых действий в корне изменился. Так что некоторые уроки хасанских боев актуальны до сих пор.

Выявленные недостатки стали неприятным сюрпризом для советского руководства. Так как незадолго до Хасанских событий, 28-31 мая 1938 года на заседании Главного военного совета Блюхер утверждал, что войска фронта хорошо подготовлены и во всех отношениях боеспособны. Хасанский урок стоил маршалу Блюхеру не только карьеры, но и жизни.

Трагедия маршала Блюхера

Блюхер был легендарным командиром Красной армии: первый кавалер ордена Красного Знамени, победитель Колчака и Врангеля, военный министр Дальневосточной республики (ДВР) и командующий Народно-революционной армией (НРА) ДНР, видный партийный и военный деятель молодой страны Советов. Однако сразу после завершения боёв на озере Хасан его карьера стремительно оборвалась.

В секретном приказе №0040 нарком обороны Ворошилов обрушился на маршала с жёсткой критикой. Блюхера обвинили в неумении и нежелании воевать, дезорганизации фронта, а заодно в неспособности очистить фронт от врагов народа.

«Руководство командующего КД фронтом маршала Блюхера в период боевых действий у озера Хасан было совершенно неудовлетворительным и граничило с сознательным пораженчеством. (…) ничего не сделал для проверки подготовки войск для отпора врагу и не принял действенных мер для поддержки пограничников полевыми войсками», - говорилось в приказе Ворошилова.

Блюхера обвинили в саботаже, в том числе потому что он самостоятельно пытался урегулировать пограничный конфликт, приказав убрать выкопанные пограничниками окопы. Вероятно, здесь имел место и межведомственный конфликт НКВД и РККА.

Возможно, именно поэтому так отличаются отзывы о нем в воспоминаниях участников хасанских боев – пограничников и военнослужащих РККА, изученных редакцией.

«Он совершенно неожиданно 24 июля подверг сомнению законность действий наших пограничников у озера Хасан. В тайне от члена военного совета т. Мазепова, своего начальника штаба т. Штерна, зам. наркома обороны т. Мехлиса и зам. наркома внутренних дел т. Фриновского, находившихся в это время в Хабаровске, т. Блюхер послал комиссию на высоту Заозерная и без участия начальника погранучастка произвел расследование действий наших пограничников. Созданная таким подозрительным порядком комиссия обнаружила "нарушение" нашими пограничниками Маньчжурской границы на 3 метра и, следовательно, "установила" нашу "виновность" в возникновении конфликта на оз. Хасан», - возмущался Ворошилов.

Более того, в телеграмме наркому обороны Блюхер потребовал немедленного ареста начальника погранучастка и других "виновников в провоцировании конфликта" с японцами.

Из разговора 1 августа тт. Сталина, Молотова и Ворошилова с т. Блюхером:

«Скажите, т. Блюхер, честно, - есть ли у вас желание по-настоящему воевать с японцами? Если нет у вас такого желания, скажите прямо, как подобает коммунисту, а если есть желание, - я бы считал, что вам следовало бы выехать на место немедля».

Только после этого разговора Блюхер выехал из Хабаровска, позвонив командующему ТОФ Кузнецову и попросив срочно доставить его морем к месту боев.

Фактически командующим операцией был назначен Григорий Штерн, в судьбе же маршала Блюхера точку поставил спорный приказ от 10 августа о призыве в 1-ю армию 12 возрастов.

«Этот незаконный акт явился тем непонятней, что Главный военный совет в мае с.г., с участием т. Блюхера и по его же предложению, решил призвать в военное время на Дальнем Востоке всего лишь 6 возрастов. Этот приказ т. Блюхера провоцировал японцев на объявление ими своей мобилизации и мог втянуть нас в большую войну с Японией. Приказ был немедля отменен наркомом», - говорилось в приказе Народного комиссара обороны СССР Маршала Советского Союза К. Ворошилова от 4 сентября 1938 года.

Этим же приказом Маршала Блюхера отстранили от должности командующего войсками Дальневосточного Краснознаменного фронта. В октябре 1938 года его арестовали сотрудники НКВД. За 18 дней, проведенных во внутренней тюрьме на Лубянке, Блюхер прошёл через 20 допросов, семь из которых проводил лично Лаврентий Берия. Под колоссальным давлением маршал подписал признания в участии в антисоветской организации и военном заговоре, а также в саботаже в военной сфере, пьянстве на рабочем месте и моральном разложении.

9 ноября 1938 года Василий Блюхер скончался в тюрьме, в кабинете врача. Официальной причиной смерти назвали закупорку легочной артерии тромбом. В марте 1939 года Блюхера задним числом лишили звания маршала и приговорили к высшей мере наказания. Имя героя Гражданской войны вычеркнули из официальной истории на долгие годы. Лишь в 1956 году, в период «оттепели», Василий Блюхер был реабилитирован.

Бои у озера Хасан стали для СССР суровым уроком. Они продемонстрировали как беспримерный героизм солдат, так и системные проблемы в командовании и организации вооруженных сил, за которые своими жизнями заплатили не только легендарный маршал Блюхер, но и сотни бойцов, погибших на склонах хасанских сопок.

Реформы армии

Тем временем советское правительство приступило к укреплению боеспособности войск, дислоцированных на Дальнем Востоке страны. Уже в сентябре 1938 года вместо упразднённого ДВ фронта приказом 0040 было создано две отдельные Армии: 1 Отдельная Краснознамённая армия в г. Ворошилов (ныне Уссурийск), и 2 ОКА в г. Хабаровск. Военным советам 1 и 2 армий оперативно подчинялись ТОФ и Амурская флотилия соответственно.

К началу 1939 года численность 1 ОКА составляла 228 тысяч человек, 2 ОКА — 153 тысячи, ТОФ — 74,4 тысячи, АКВФ — 10,4 тысяч военнослужащих. Тогда как до хасанских событий весь дальневосточный фронт насчитывал от 87 до 124 тысяч человек. Еще почти 100 тысяч насчитывали строительные соединения и части, а также 62,4 тысячи человек - особый корпус железнодорожных войск (ОКЖДВ).

1-ю Отдельную Краснознамённую армию возглавил командарм 2 ранга Г.М. Штерн, 2-ю – И.С. Конев. ТОФ после назначения в марте 1939 года Кузнецова первым заместителем наркома ВМФ, возглавил флагман 1 ранга И.С. Юмашев.

Бои на Хасане, итоги которых японская сторона не считала своим поражением, не привели к сколько-нибудь значительному снижению провокаций на советской границе. Более того, в Китай, где Токио продолжал вести боевые действия против Гоминьдана и коммунистов, постоянно перебрасывались японские войска из метрополии, рос количественный и качественный состав Квантунской армии, в Корейскую армию начали на добровольной основе брать этнических корейцев. К концу 1939 года общая численность сухопутных вооруженных сил Японии превысила 1,7 млн человек, порядка 4300 орудий, 2200 танков и более 3000 самолётов.

Из сводки Разведывательного отдела Тихоокеанского флота от 15 марта 1939 года:

«Японская военщина проводит усиленную кампанию среди местного населения за осуществление “свободного лова” (под охраной вооружённых кораблей) в районах Камчатки, Сахалина и Советского Приморья… сосредоточение значительного количества военных кораблей в северных водах и в районах северных берегов Кореи под видом проведения каких-то тактических учений является лишь манёвром прикрытия развёртывания частей флота для обеспечения этих “операций”»

Советское правительство исходило из того, что война с Японией вполне вероятна. С учетом этого и на основании соответствующего постановления Политбюро ЦК ВКП(б) под руководством Штерна на Дальнем Востоке начали налаживать боевое взаимодействие между частями армии и погранвойск. Выделили специальные части поддержки госграницы – погранотрядам придали стрелковые и пулеметные взводы РККА.

Продолжалось и перевооружение Тихоокеанского флота. По инициативе командующего Николая Кузнецова разрабатывалась система оперативных готовностей, которая позже была введена на всех флотах и сыграла важную роль, когда разразилась Отечественная война.

«В середине августа бои у озера Хасан закончились. Границы были восстановлены, агрессор получил хороший урок. Но опыт боев не позволял нам успокаиваться.

Особенно подробно мы обсудили план обороны Владивостока. Атаку на него в лоб по-прежнему считали маловероятной: мощная береговая артиллерия надежно прикрывала подходы с моря. Слабее были укреплены тогда фланги — Посьет и Суан. Мы решили, что моряки должны ускорить строительство батарей в этих районах, а армейцы примут меры, чтобы там было достаточно сухопутных войск», - писал он в мемуарах.

Командующий ТОФ Кузнецов уделял большое внимание строительству оборонительных сооружений и по достоинству оценил «случайно обнаруженное хозяйство» – форты Владивостокской крепости.

«Я обнаружил места, оборудованные под артиллерийские батареи, видел подземные штольни, склады для боеприпасов... На Эгершельде огромные бетонные подземелья использовались рестораном морского пароходства. В них хранили скоропортящиеся продукты: там прохладно! Много удивительного увидели и на острове Русский: подземные склады, фундаменты старых батарей, колодцы для воды, забитые японцами при уходе из Владивостока.

Потом нам показали чертежи сооружений — несколько книг, содержащих описание крепости. Было видно, что работа проделана колоссальная. Да, русские военные инженеры умели строить! Многое было сделано с большим искусством, в соответствии с требованиями своего времени.

Нет, это богатство бросать нельзя! По моему указанию специальная комиссия разработала план использования пустующих сооружений. Добротные подземные помещения весьма пригодились флоту».

«Тихоокеанский вал» - строительство укреплений

По всему побережью началось активное строительство фортификационных сооружений, которые до сих пор можно встретить на различных участках побережья края и в приграничье – все это части целой сети укрепрайонов, прикрывавших советско-китайскую границу, и так называемого «Тихоокеанского вала»: комплекса береговых оборонительных и противодесантных сооружений, строившихся в 30-40-е годы от Чукотки до Приморья для защиты от японского нападения как с суши, так и с моря.

В сентябре 1938 года четыре батареи береговой обороны (130-мм орудий) были установлены в Посьетском районе, что положило начало созданию Посьетского укреплённого сектора ВУР (Владивостокского укрепленного района). Кроме того, решением Главного военного совета РККА было определено в период 1939—1941 гг. построить там еще несколько батарей береговой обороны: башенную — 180-мм орудий, три — 130-мм орудий, одну — 100-мм, а также семь позиций для 45-мм пушек, и позиции для дивизиона 76-мм зенитных орудий. Шла и модернизация батарей береговой обороны, введённых в строй ранее, в том числе расположенной на острове Русский башенной батареи № 981 имени наркома обороны СССР К.Е. Ворошилова, вооружённой шестью орудиями калибра 305 мм. Сейчас она известна, как «Ворошиловская батарея».

На сухопутном фронте началось строительство 12 УРов (укрепленных районов), которые прикрывали 544 км границы и располагали 900 ДОТами (долговременными огневыми точками). К ним относились Иманский, Ханкайский, Гродековский, Полтавский, Барабашский, Славянский, Краскинский и Посьетский.

Каждый из дальневосточных УРов состоял из 3-5 оборонительных узлов с глубиной обороны в 2-3 км. Узлы обороны имели в своем составе огневые точки класса М-2 (более мощные) и М-3 (более легкие) с двумя-тремя амбразурами, аналогичные укрепления возводились на западной границе СССР, на так называемой «Линии Сталина». Однако на отдельных участках оборонительных узлов дальневосточных УРов имелись и ДОТы четырех- и трехамбразурной конфигурации. Полукапониры вооружались орудийно-пулемётные установками – артиллерийское орудие калибра 45-мм и 7,62-мм пулемет. ДОТы были рассчитаны на пятидневную осаду.

В течение Великой отечественной войны УРы постепенно переводили с оборонительной на наступательную направленность. Противотанковую артиллерию заменяли более мощными и дальнобойными орудиями, увеличивали количество пулеметных батальонов, включали в гарнизоны саперные подразделения и танки.

Фортификация места Хасанских боев - 113-й укрепрайон

В 1940 году было принято решение выделить из состава 108-го Посьетского укрепрайона отдельный Хасанский укрепрайон. Однако, фактически претворить это решение в жизнь удалось только к 1942 году.

Укрепления 113-го УРа располагались в непосредственной близости от советско-китайской границы, в ряде случаев, как, например, на Заозерной, где в 1938 году шли самые тяжёлые бои, буквально в нескольких десятках метров от ее линии. Огневую группу (комплекс фортификационных сооружений) начали строить на склонах сопки в 1940-х. Строительство не было завершено, подземные сооружения остались практически без отделочных работ, что, по оценкам специалистов, не мешало оборонительному узлу выполнять в случае необходимости боевые задачи.

Из воспоминаний бывшего артиллериста 32 артполка 32 стрелковой дивизии Куприяна Чернова:

«В апреле 1939 из контингента 32 артполка и прибывших по призыву в армию сформировали 100 отдельный артиллерийский дивизион. Меня зачислили в состав этого дивизиона, так же помощником командира взвода. Сдал 122 мм гаубицу, получил 152 мм гаубицы – два орудия, два прицепа и 4 трактора, выпущенные Сталинградским тракторным заводом – все новое. После комплектования штата 100 отдельного дивизиона в полной боевой готовности нас перевели в Хасанский укрепрайон. Огневые позиции мы заняли почти на том месте где воевали в 1938 году на Хасане».

На Заозерной было построено 5 надземных сооружений - два орудийных полукапонира (ОПК) на две 45-мм/7,62-мм орудийно-пулемётные установки ДОТ-4, орудийно-пулемётная долговременная огневая точка на одну установку ДОТ-4 и одну 7,62-мм пулемётную установку НПС-3, один командный пункт опорного пункта и один наблюдательный пункт. Все эти сооружения являются «оголовками» - надземной частью более обширных заглубленных и подземных сооружений и имеют минимальное количество помещений. Для наблюдения за обстановкой они были снабжены перископами.

Расположение укреплений непосредственно на склонах и вершине Заозерной позволяло ещё и наблюдать за противником на глубину до 30 км сопредельной территории.

Помимо надземных сооружений были и подземные, всего было возведено 3 одноэтажных оборонительных сооружения, 7 двухэтажных. Выход на поверхность обеспечивала развитая, система ходов сообщений и потерн – своеобразных подземных ходов-штолен. Сеть окопов, опоясывающая укрепления на поверхности, была оборудована легкими огневыми точками, которые прикрывали подходы к высоте.

Уникальность укреплений Заозерной была в том, что большая их надземная часть находилась на склонах сопки с советской стороны, и противник не подозревал о наличии на высоте мощного оборонительного узла. Таким образом в случае нападения на СССР на этом участке враг оказался бы в огневом мешке, зажатым между частями прикрытия границы, укреплениями на берегу озера Хасан и огневой группой у себя в тылу.

Получило надежную защиту и побережье Хасанского района. В 1940-1941 годах здесь было построено 66 ДОТов и ДЗОТов (деревоземляные огневые точки). Начиналось возведение ДОТов южнее Славянки, самый ближний к поселку артиллерийский ДОТ находится на мысе Нерпа, откуда его огонь перекрывал бухту Баклан. Далее на юг ДОТы применялись уже повсеместно – в районе полуострова Клерка, для прикрытия бухты Бойсмана, на участке от мыса Красного до мыса Льва, сильное прикрытие получили бухты полуострова Гамова, бухты Троица, Алеут. Последний ближний к границе рубеж обороны шел от бухты Калевала до Голубиного утеса. Построены ДОТы были и на островах Фуругельма и Большой Пелис.

В 1942 году часть побережья Хасанского сектора была передана в ведение 25-й армии, и силами армейских подразделений на побережье было построено более сотни СЖБОТов (сборно-железобетонная огневая точка).

Таким образом на побережье Японского моря в 1940–1941 годах было обеспечено создание костяка противодесантной обороны и построено не менее 350 ДОТов и ДЗОТов, в последующие годы эта оборона только совершенствовалась и укреплялась.

Дороги, мосты, связь

Хасанский инцидент дал импульс развитию юга Приморского края. Именно после событий 1938 года огромный Дальневосточный край был разделен на два — Приморский и Хабаровский, что должно было оптимизировать его административное и хозяйственное управление. Посьетский район переименовали в Хасанский. Сразу после конфликта в регионе началось масштабное строительство дорог, в том числе железнодорожной ветки Барановский – Хасан, и фортификационных сооружений, а численность войск в Приморье значительно увеличили.

А Япония, тем не менее, продолжала наращивать свое военное присутствие в Манчжурии и Северном Китае. Несмотря на то, что политические и территориальные претензии японцев не были удовлетворены в Токио не воспринимали итоги боев на Хасане как поражение. Во многом даже наоборот – отмечался высокий боевой дух японских военнослужащих, превосходство в тактической и личной подготовке бойцов особенно в рукопашном бою, а также высокие потери Красной Армии. Отмечалось что задачи по вытеснению японцев с советской стороны русские решили исключительно за счет применения авиации и механизированных частей.

Такой подход к оценке итогов конфликта давал японским военным возможность рассчитывать на успех в новой провокации, уже при поддержке авиации и танков - нападение на Монголию, которое приведёт к боям на Халхин-Голе в 1939 году.

Халхин-гол

Бои на Халхин-голе между СССР и Японией достойны отдельной статьи, здесь же кратко скажем, что начинался он так же, как Хасанский – с многочисленных пограничных столкновений и территориальных притязаний Японии, а затем и нападения на монгольскую территорию, но был более длительным, масштабным и кровопролитным. Бои продолжались с 11 мая по 16 сентября 1939 года с участием танковых войск и авиации с обеих сторон.

На время боевых действий в Монголии была создана фронтовая Читинская группа по главе с командармом 2-го ранга Григорием Штерном, командовавшим 39 корпусом на озере Хасан. Боевой состав соединений и частей усилен за счет частей 1 и 2 ОКА. Чтобы не дать стянуть в район конфликта в Монголии войска из Манчжурии, командарм Штерн выводит летом 1939-го в районы сосредоточения войска и в Приморье, и в Амурской области, и в Забалькалье. По всей границе войска приступают к учениям и инженерным работам. В состав 2 ОКА летом 39 года передаются 2 дивизии из Новосибирска и Симферополя.

57-й отдельный корпус в Монголии переформирован в 1 армейскую группу во главе с комдивом (а с 31 июля 1939 г. комкором) Георгием Жуковым. Отметим, что именно в этом конфликте впервые проявился в полной мере полководческий талант будущего Маршала Победы.

Советское правительство учло уроки Хасана: создало здесь мощную группировку артиллерии, организовало взаимодействие между частями и подразделениями родов войск и применение танков на совершенно на другом уровне, и японская группировка была разгромлена и отброшена с территории Монголии.

Однако новый конфликт только усилил процесс наращивания военной мощи Японии в Маньчжурии и Китае. К осени 1939 года численность Квантунской и Корейской армий составила уже порядка 466 тысяч человек при 2058 орудиях, 406 танках и 990 самолётах. Призрак большой войны летал над сопками и степями Манчжурии.

Почему СССР не пришлось воевать на два фронта

Опыт Хасанских боёв и на реке Халхин-Гол показал, что Советский Союз готов к отражению агрессии как со стороны морского побережья, так и на суше. И это было одним из основных факторов сдерживания от вступления Японии - союзницы Гитлера в войну с СССР. План «Кантокуэн» был разработан еще в 1940 году, и японцы ждали удачного момента - когда измотанный войной с фашистской Германией Союз сам упадет в руки, «как спелая хурма» - эта японская аналогия осталась в истории.

Зная это, всю Великую Отечественную советское правительство вынуждено было держать на Дальнем Востоке внушительную армию, несмотря на острую нехватку свежих дивизий на Западном фронте. И когда их все-таки отправили (18 из 19 имевшихся!) в срочном порядке спасать Москву, командующий Дальневосточным фронтом генерал армии Иосиф Апанасенко пошел на хитрость: он тут же создавал взамен убывших новые воинские соединения под теми же номерами, чтобы японцы не подумали, что СССР оголил восточную границу. Переброска держалась в секрете, вероятно и поэтому дальневосточные дивизии остались в памяти ВОВ как сибирские…

Успехи советских войск под Москвой и Сталинградом поставили точку в вопросе вступления Японии в войну против СССР. В 1944 году японский генштаб изменил стратегию с наступательной на оборонительную. А в феврале 1945-го Советский Союз обязался вступить в войну с Японией через три месяца после победы над фашисткой Германией.

Здесь, опять же, пригодился опыт Хасанских боев, где Советский Союз получил бесценный опыт организации наступления в условиях Дальневосточного театра военных действий. К 1945-му к границе уже были подведены железная и автомобильные дороги, тщательно изучена местность, построены укрепления, отработаны маршруты выдвижения тяжёлой техники и четкое взаимодействие между различными родами войск и пограничными войсками НКВД.

Кроме того, несмотря на многочисленные просьбы дальневосточников отправить их на войну с Германией, советское командование оставило на Дальнем Востоке костяк офицеров, разведчиков, пограничников, участвовавших в боях на озере Хасан. Это помогло вновь прибывшей в исходные районы 25-й армии в кратчайшие сроки вникнуть в обстановку, изучить местность, спланировать поражение целей на территории противника, досконально разведанных и изученных.

В Советско-Японской участвовали герои хасанских боев командир сапёрного отделения 23-го отдельного сапёрного батальона 40-й стрелковой дивизии Василий Раков, стрелок 95-го стрелкового полка 32-й стрелковой дивизии Егор Чуйков и другие ветераны.

Все это помогло провести блестящую Маньчжурскую операцию и всего за 3 недели разгромить Квантунскую армию, освободив Корейский полуостров, северо-восточный Китай, Южный Сахалин и Курильские острова.

Из мемуаров главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке Маршала Александра Василевского:

«Столь высокие темпы наступления советских войск, действовавших на отдельных, разобщенных операционных направлениях, стали возможны лишь благодаря тщательно продуманной группировке войск, знанию природных особенностей местности и характера системы обороны врага на каждом операционном направлении, широкому и смелому использованию танковых, механизированных и конных соединений, внезапности нападения, высокому наступательному порыву, решительным до дерзости и исключительно умелым действиям, отваге и массовому героизму воинов Красной Армии и моряков».

Особенно Маршал отмечал вклад пограничных войск в разгром японской армии.

«Огромную помощь войскам Дальнего Востока на протяжении всей кампании оказывали пограничники. В первые же дни Маньчжурской операции они вместе с полевыми войсками атаковали и ликвидировали многочисленные пограничные опорные пункты врага и его укрепленные районы. В процессе дальнейших боев погранвойска принимали активное участие в преследовании противника, охраняли коммуникации, штабы, важные объекты и тыловые районы полевых войск. Неоценимую помощь оказали пограничники и в борьбе с диверсионными и разведывательными группами врага», - вспоминал он.

Сыграл свою роль и «Тихоокеанский вал» - японцы так и не решились начать войну против СССР. А советским береговым батареям все-таки удалось поучаствовать в боевых действиях в августе 1945 года: орудия Хасанского сектора (батарея на острове Фуругельма) поддерживали огнем наступление советских войск на корейском полуострове.

Фото - ЭПИ DEITA.RU, Музей Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю, Музей-заповедник истории Дальнего Востока им. В. К. Арсеньева, Госархив Приморского края.

Спецпроект DEITA.RU «Эта линия на карте крепче каменной стены»: Герои Хасана.

Глава 1. Обстановка на советско-маньчжурской границе в 30-х годах прошлого века, провокации и нападения на советских пограничников, предпосылки и причины будущего вооруженного конфликта, подготовка Японии к нападению.

Глава 2. «Хэйка банзай!»: вторжение японских войск на территорию СССР, атака советских позиций на высоте Безымянная в районе озера Хасан, ход боев в первые дни конфликта.

Глава 3. Подход основных сил Красной Армии, развертывание группировки для отражения японского вторжения. Как приморцы бойцам помогали.

Глава 4. Контрудар частей РККА и пограничников, генеральный штурм сопок Заозерная и Безымянная, окончательный разгром вражеских частей, вторгнувшихся на советскую территорию. Массовый героизм: как озеро Хасан превратилось из географической точки в символ мужества советских военнослужащих.

Глава 5. Участие ТОФ в Хасанских событиях, разработка плана оперативного развертывания, почему советские подлодки были грозой морей. «Никто, кроме русских»: подвиги советской авиации. Как Владивосток готовился к налету японских бомбардировщиков.

Глава 6. Советские танки в Хасанских событиях: первый в мировой практике пример масштабного применения танковых войск. Какую роль сыграли, какие выводы сделали советские полководцы и танкостроители. Подвиги, вошедшие в историю.