Адвоката из Владивостока приговорили к штрафу вместо семи лет "строгача"

Экс-адвокат из Владивостока Виталий Хандобин, обвиняемый в посредничестве в крупном коррупционном преступлении, приговорён судом к штрафу в три миллиона рублей и запрету заниматься адвокатской деятельностью на пять года, сообщает ИА DEITA.RU со ссылкой на прокуратуру Приморского края. Так как подсудимый находился в СИЗО, а потом – под домашним арестом, суд смягчил наказание, снизив штраф до 2,5 миллионов.

Обвинение запрашивало для господина Хандобина, который был посредником при передаче взятки, семь лет реального лишения свободы в колонии строгого режима, штраф в размере 15 миллионов рублей и запрета заниматься любой юридической деятельностью в течение трёх лет. Прокурор приморского края Сергей Столяров счёл уголовный штраф вместо тюрьмы слишком мягким наказанием и подал апелляцию.

Бывшего адвоката обвинили и приговорили по ч. 4 ст. 291.1 УК РФ (посредничество во взяточничестве, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере). Он, действуя сообща с другим посредником, передал помощнику краевого прокурора по надзору за законностью исполнения уголовных наказаний 1,5 миллиона рублей за помощь с условно-досрочным освобождением двух заключённых. Пост помощника прокурора занимал тогда Дамир Ниязов, а вторым посредником был Антон Чубенко, на тот момент в прокуратуре уже не служивший. Дела Чубенко и Ниязова рассматриваются Ленинским районным судом Владивостока отдельно.

Как писало издание «Золотой мост», одним из заключённых, которого хотели вытащить из тюрьмы досрочно, был некий приморский олигарх, осуждённый за мошенничество.

Напоминаем, прокуратура также пытается добиться справедливого приговора Марине Ломакиной из верхушки ОАО «Наш дом Приморье» - компании, которая занималась строительством многострадальных отелей «Хаятт», превратившиеся в памятники коррупции. Мошеннице, провернувшей махинацию с фальшивым вексельным обязательством, дали всего на два года лишения свободы меньше, чем просил прокурор (семь вместо девяти), но есть нюанс – обвинение настаивало на реальном сроке, а Ломакина получила условный.