Александр Тютерев: «Владивосток и остальное Приморье — это разные миры»

Почему пенсионная реформа — беда и отъем денег, из-за чего бюджет Приморского края нельзя считать социально направленным, что поможет «безжилищным» детям-сиротам, а также что все-таки не так с нашим гражданским обществом, в интервью DEITA.RU рассказал депутат Законодательного Собрания Приморского края Александр Тютерев.

Анонсированная правительством пенсионная реформа, в том числе, будет спущена на обсуждение в краевой парламент. Ваше личное мнение о данной инициативе?

Считаю, что пенсионная реформа готовится людьми, которым она фактически лично не нужна. Правительственные чиновники рассуждают о многих вещах очень поверхностно. Положительных отзывов об этой пенсионной реформе от людей я не слышал. Люди говорят о том, что, выходя на пенсию сейчас, они вынуждены работать только потому, что пенсия мала и на нее не прожить. А человек уже в таком возрасте, когда хочет он или нет, наступает пора болезней — организм стареет. Всю свою трудовую жизнь он отчисляет в Пенсионный фонд довольно приличные деньги, и сейчас, автоматически передвинув сроки выхода на пенсию, государство фактически их отбирает. По моему мнению, это не очень честно. То, в каком виде правительство предложило пенсионную реформу, — скорее всего самый жесткий вариант. Думаю, вариантов у нее будет несколько, и чтобы немного смягчить, на какие-то уступки правительство пойдет, но большинством в Государственной Думе, этот вариант будет принят. Может быть возраст немножко будет другой, может период перехода изменится, но коль уж затеяли эту беду, то, наверное, она будет завершена. Но я с ней категорически не согласен, поскольку возраст выхода на пенсию реально не отражает среднюю продолжительность жизни людей. Статистика говорит о том, что в более 30 регионах РФ мужчины не доживают до 65 лет. Значит, у этих людей полностью заберут накопленную пенсию. Ведь не предполагается же, что человек умер, не дожив до пенсии, а его накопленные деньги передадут супругу или детям.

Не получится ли так, что люди по выходу на пенсию, как выразился однажды президент, примерят деревянный макинтош?

Да, раньше люди говорили: доработать бы до пенсии, теперь: дожить бы до пенсии. Но с другой стороны, сталкиваемся с тем, что у нас нет как такового гражданского общества. Ведь этот вопрос затронул практически каждого жителя страны. Люди готовы возмущаться, но к гражданским поступкам как-то не готовы, считая, что кто-то где-то решит эту проблему и готовую им принесет. Нет, нужно высказывать свое мнение. Не надо ничего крушить-ломать, но выйти и сказать: «Мы не согласны». Нужно, чтобы власть поняла, чего хочет народ. Почему он не воспринимает этот проект пенсионной реформы.

Наверное, важно, чтобы такое высказывание получило участие большого количества людей, а не 20 профсоюзных активистов.

Безусловно. Вот я и считаю, что это пассивность большой части нашего населения и надежды на то, что все как-то само разрешится, рассосется. Нет! Гражданское общество — это когда каждый человек чувствует ответственность за свою страну, за любое решение правительства или Государственной Думы. В нее, как и в Законодательное Собрание, мы избирали людей. Они — наши представители, которые должны отстаивать наши интересы. И чем больше будет людей, которые высказывают свое мнение, тем больше депутат будет прислушиваться к мнению людей. Он будет вынужден это делать.

Ну, как минимум, нужно начать ощущать ответственность, хотя бы за собственный кошелек. Для понимания: пенсия — это ведь не подарок от власти, а те деньги, которые мы ей доверили во временное накопление.

Мы делаем свой вклад всю жизнь. В надежде на то, когда мы будем стары, больны и немощны, государство начнет нам постепенно эти деньги возвращать. А так — это просто отъем денег: забрали и все.

Вот одним из аргументов сторонников пенсионной реформы стал вопрос пополнения бюджета. Траты растут, обязательств много — нужно откуда-то изыскивать деньги. А что происходит с региональным кошельком — вы считаете, бюджет Приморского края социально направленным?

Будучи председателем Думы Яковлевского муниципального образования, я некоторое время считал, что наш бюджет на 70 процентов социально ориентирован. И к стыду своему прозрел не сразу. Считаю, что должна быть разница между социальными гарантиями, которые обязаны по закону выплачивать, и прибылью, которую он тратит на развитие социальной сферы в Приморском крае. И вот когда смотришь не социальные обязательства по выплате заработных плат, пенсий и так далее, а то, сколько бюджет потратил дополнительно к развитию сферы, то я бы сильно не называл его социально ориентированным.

С другой стороны, может ли позволить себе дотационный приморский бюджет какую-либо дополнительную социальную нагрузку?

Знаете, с чего-то надо начинать. С приходом врио губернатора стало хоть понятно, что край будет развиваться. Можно соглашаться с какими-то решениями, можно не соглашаться — вопрос обсуждения. Но то, что однозначно выбран правильный вектор, мне как жителю Приморского края очень нравится.

Вам понятен конечный выход этого вектора?

Владивосток — должен стать столицей Дальнего Востока. Мы за это, пусть и условное, наименование должны бороться. Здесь должна быть восточная столица нашей страны. Я ни грамма не сомневаюсь, что это будет достигнуто. Другое дело — какими темпами. Если выбран правильный вектор, значит, это будет быстро.

Как считаете, при соблюдении каких обязательных условий Владивосток окажется центром восточной России?

К этому сейчас идет. Можем посмотреть достижения за последние годы. Величайшее достижение — внутреннее авиационное сообщение в Приморье. Мы вернулись к советским временам. Отдаленные населенные пункты связаны сейчас со столицей Приморья. Доступность и оперативность разных видов помощи — это огромный шаг вперед. Далее, мысль о том, что надо развивать прибрежное мореходство. Мечта о том, что сюда будут заходить круизные лайнеры. Это привлечение иностранных туристов к нам, знакомство с Россией — великой, красивой страной и ее замечательными людьми. То, что у нас здесь появился свой праздник-аналог питерских «Алых парусов». Все это вектор развития, того куда мы идем.

Кстати, интересно ваше мнение по поводу упомянутых «Крыльев Востока». Проведение данного праздника вызвало скепсис у некоторых жителей: бюджет Приморья — дотационный. Нам, условно, не хватает денег на ремонт дорог и аварийного жилья. При этом мы одним росчерком пера тратим 70 миллионов бюджетных рублей на проведение очередной «открытки». Что думаете?

Я согласен, 70 миллионов — большие деньги в нашем бюджете, но не все оценивается деньгами. Понятно, что бюджет Санкт-Петербурга с нашим не сопоставим, но есть вещи, на которые нужно идти. Культуру нужно насаждать. Объясню почему: в детстве я учился в музыкальной школе, и мне страшно не нравилось, как звучит скрипка. До той поры, пока меня не привели на концерт скрипичный, и я влюбился в эту музыку. Но меня принудили послушать его. Так вот, если город имеет желание и, несмотря ни на что, руководство определилось, что у нас должна быть такая визитная карточка, то давайте, немножко где-то подужмемся, и это будет также здорово, как и «Алые паруса». А как армейский человек скажу — у нас было такое негласное правило: любое решение командира, доведенное до логического конца, считается правильным.

Но в этом смысле, и пенсионную реформу тогда можно воспринимать, как правильный шаг — она ведь будет доведена до логического завершения.

Я надеюсь, что нет. Потому что она противоречит здравому смыслу. Если праздник он понятен — он для людей. А вот в случае с пенсионной реформой что? Снять нагрузку на бюджет — извините, есть другие способы. Почему это должно делаться из кармана людей? Мы же говорим, что у нас социальное государство, которое должно оцениваться по одному принципу — насколько хорошо в нем живут люди.

Одновременно с «Крыльями Востока» в столице Приморья состоялся митинг детей-сирот, которые не первый год ждут положенного им по закону жилья. Ваша оценка этой проблемы?

Вопрос очень сложный и важный. Да, действительно, строительные мощности Приморского края не позволяют сразу обеспечить детей-сирот жильем. Огромная очередь, поэтому нужно искать альтернативные решения. В первую очередь, это могут быть жилищные сертификаты. Их можно сделать именными и без права перепродажи, наследования и дарения. Сертификат предполагает приобретение жилья не только на первичном, но и вторичном рынках. Обеспечение сирот жильем — это гарантия государства. И она должна быть исполнена.

То есть механизмов, которые могли бы смягчить эту проблему, здесь и сейчас не существует?

Нет, почему: мы немного повысили компенсационные выплаты за аренду жилья. У сирот возникла проблема с пропиской — приезжают в город на работу, а прописки нет. Поэтому было принято решение обеспечить данную категорию пропиской, чтобы они работали официально.

Сиротам, которые недавно выходили голодать у стен краевой администрации, предложили временное расселение. Возможно ли всем сиротам предложить такой вариант?

Не думаю, что у нас есть такое количество жилой площади

А где гарантия, что остальные семь тысяч очередников не последуют их примеру? Что им в таком случае предложить?

Беда в том, что это одна из проблем, копившаяся годами. Она возникла не вчера — эти семь тысяч накопились по причине того, что где-то в бюджете не выделяли, где-то были не очень чистые на руку чиновники, и они за это поплатились. Но от этого и сиротам не легче. И то, что сейчас есть серьезные попытки решить эту проблему, не отложить на завтра, не смягчить ее красивыми словами, а искать пути ее решения — важно.

У нас стало принято возлагать большие надежды на иностранные инвестиции, на то, что инвестор поднимет наконец-таки не только приморскую, но и всю дальневосточную экономику. Как считаете, сдюжит ли инвестор?

Конечно, какой-то первый шаг нужно было делать. Но ставить только на ТОРы — неправильно. Мне всегда больно за то, что мы большие надежды возлагаем на иностранный бизнес, на иностранных инвесторов. Чуть ли не молимся на них. И видим, что документов о намерениях создания каких-то предприятий — много, а по факту реализуются единицы. Капитал считает деньги. Все остальное, его мало интересует. Конечно, мы сделали ТОРы привлекательными в части налогообложения, но что отталкивает некоторых инвесторов? Непостоянство нашей законодательной базы. Она часто меняется. У людей нет уверенности, что, поверив в правила этой игры, они будут соблюдены до конца. Лично мне вообще хотелось бы видеть, в первую очередь, отечественных инвесторов. Это наша земля, которую мы отдаем в аренду на много десятков лет, и меня это настораживает. Собственно, на самих ТОРах не все так гладко, как рисовалось изначально. Человек заходит, начинает строить какой-то объект и считает, что раз земля дана ему в аренду, то все: здесь уже советской власти нет, а он и бог, и царь, и воинский начальник. Возникает много проблем с самими объектами. Некоторые, такие как, например, свинокомплексы не проходят экологическую экспертизу — как результат, в тех местах просто жить невозможно. Почему мы свою землю превращаем в территорию сбора отходов для этого производства? Так же, как и лес: мы привыкли, что по всем дорогам идут составы с лесом-кругляком. Я когда-то делал запрос по этому поводу. Ответ мне пришел, с моей точки зрения странный: «В Приморском крае заготавливается столько леса, сколько лесоперерабатывающая промышленность края в состоянии переработать. Но на внутреннем рынке, в таком количестве переработанного леса нет необходимости. Поэтому мы вынуждены экспортировать его за границу». Ну, это же абсурдно — рубим столько, сколько самим и не надо, поэтому вынуждены его отдавать. А может быть вырубки тогда ограничим. Не все же определяется деньгами. Иногда, глядя на то, что происходит вокруг, сам себе задаю вопрос: «Неужели у нас где-то есть резервная планета. В конце концов говорится же: «Берегите природу! Пока жива она — живы и мы».

Экологических проблемных точек на карте Приморского края много — многострадальная Находка, свинокомплексы в Спасске, мусоросжигательный и спецзавод во Владивостоке…

Проблем таких много, их нужно решать. Нельзя откладывать на потом. Те же проблемы с ТБО. Если проехать, то по всему краю — везде несанкционированные свалки. А глава района эту проблему решить не в состоянии: отвести землю для свалки, получить разрешение, чтобы это был узаконенный полигон ТБО.

Что мы видим — большое количество проблем, которые муниципальные власти, получается, решить не в состоянии?

Районы закредитованы. У них нет собственных доходов — малое количество рабочих мест, а бюджет пополняется за счет НДФЛ. Замкнутый круг: если ты имеешь кредиторскую задолженность, ты ограничен в участии в различных программах. Желание есть и знания есть, и опыт, а возможности, порой, нет даже на мелкие вещи какие-то. Поэтому, тот или иной глава муниципалитета вынужден латать дыры — там залатал, в другом месте обнажилось.

Может пора вспомнить, что не Владивостоком едины? Не складывается ощущение, что у нас все развитие закольцовано в рамках более-менее крупных городов?

К сожалению, да. Владивосток и крупные образования — Уссурийск, Находка, Артем, и остальной край — это разные миры. Есть ли выход сейчас из этого — не знаю. Нужны рабочие места, нужно, чтобы территории оживали. Но откуда взяться этим рабочим местам? Поэтому село умирает. У нас есть села в округе, где живут 46–48 человек. В 70-е годы у них только в местной школе училось более 120 детей, а сейчас во всем селе 40 — и это проблема из проблем.

Андрей Горюнов