«Создать мультфильм, который войдёт в историю анимации» - интервью Николая Лоншакова

22 ноября 2021, 11:40
Культура Приморье

«Создать мультфильм, который войдёт в историю анимации» - интервью Николая Лоншакова

Творчество – манкое слово. Но есть те, кто пытается быть верным его сути. В Приморской государственной картинной галерее сейчас проходит выставка «Бери давай, давай бери» художника Николая Лоншакова – графика в редком по нынешнем временам жанре линогравюры (графическая техника – когда рисунок вырезается на линолеуме в зеркальном отображении, прорезанные элементы заполняются краской и с него печатаются оттиски). Николай Лоншаков третий из молодых приморских художников, чьи работы Приморская государственная картинная галерея представила в своём проекте «Новые молодые».

Он родился в городе Шимановске Амурской области. Учился в художественной школе. Потом в Благовещенске в Амурском педагогическом колледже на отделении графического дизайна. Год работал в типографии и затем уехал во Владивосток – поступил в Дальневосточную академию искусств (ныне Дальневосточный институт искусств) на отделение живописи, но, как показала практика, остался верен графике. ИА DEITA.RU Николай рассказал о том, как мультяшный герой привёл его учиться в академию, может ли художник зарабатывать творчеством и стоит ли художнику тратить силы на участие в выставках.

Вы работаете в жанре линогравюры. Чем она вам интересна?

– Я до этого занимался анимацией, да и полностью не оставил её. И когда ты делаешь анимацию от кадра к кадру, лишь только в голове представляешь, что у тебя получится. То есть до момента воспроизводства всех кадров не знаешь, что выйдет – только можешь предположить это в воображении. Так же и здесь, в линогравюре: я до конца не могу знать, какой будет результат. Бывают какие-то случайности, какие-то куски могут не пропечататься, и образуется неожиданная фактура. Каждый из оттисков может быть не похожим на другой. Это и привлекает.

– Вы занимаетесь мультипликацией?

– Да. У нас с моим товарищем Николаем Рыбаком, мы вместе в колледже учились, и вместе же приехали учиться во Владивосток, есть серия мультфильмов.

– На какие темы?

– Самый первый наш ролик был социальный, о важности соблюдать правила дорожного движения. Там есть зебры, крокодилы. Этот ролик запомнился тем, что мы его делали в студенческих общажных условиях. У нас ещё ничего не было, рисовали на импровизированном световом столе: перевернули табуретку, снизу установили светильник, а сверху на ножки положили стекло. На нём и нарисовали все кадры. Его потом в Благовещенске где-то крутили.

«Случай прозрения зайца» я сделал сам за несколько дней. Он минималистичный, там всего три цвета. Есть про русалку, ту, что стояла в воде на набережной Владивостока и которая упала. Над ней мы работали месяцев пять. Какие-то призы на местных фестивалях получали. А самая последняя наша с Рыбаком совместная работа - это «Тигр и охотник». Там использовали картонные куклы. Делали его в детском оздоровительном лагере «Седанка». В создании этого мультфильма участвовало более 70-ти детей. Мы разбили всех детей на группы по 10 человек и с разными детьми делали разные сцены. Очень интересный мультфильм получился. Забавный, смешной.

– Чем вам интересен жанр графики?

– Меня изначально привлекала возможность добиваться эффекта минимальными средствами. Я любил тушью рисовать. У меня и диплом в художественной школе был выполнен линерами (ручка, состоящая из баллончика для туши и стержня – прим. ред.).

– Какую тему взяли для диплома?

– Там был какой-то парусник и море. Вспоминая, Николай вдруг заулыбался. – Может, это было предзнаменование того, что я сюда – во Владивосток приеду?

– Вы человек романтичный?

– Да. Я думаю – да.

– В чём для вас выражается романтика?

– Мне ещё в художке преподаватель говорил, что я художник-философ. Меня всегда привлекало созерцание. Просто остановиться, посмотреть, полюбоваться. В нынешнем мире, мне кажется, это важно – остановиться и посмотреть по сторонам. И темы меня всегда привлекали более романтичные.

– Вы любили читать?

– В детстве не особо. А потом наверстывал упущенное.

– В каком возрасте стали навёрстывать упущенное?

– Уже учась в академии. Потому что понял: есть какой-то недостаток в поиске тем для творчества. Брать просто что-то из жизни – этого недостаточно. Жизнь порой бывает не такая насыщенная, а литература помогает искать сюжеты. Мне кажется, художник, хороший художник, складывается тогда, когда набирается жизненный опыт. А опыт же мы можем не только из своей жизни почерпнуть, но и из книг – там ведь тоже прожитые жизни. Таким образом мы можем пополнить свой багаж сюжетов.

Мозг же наш – он может синтезировать какие-то вещи, я имею ввиду то, что темы могут как бы сами возникать. Художники называют это вдохновением, озарением, ещё чем-то, но мне кажется мы просто напитываем свой мозг какой-то информацией и потом он раз! и какую-то идею выдаёт.

– Что для вас творчество?

– Для меня лично – это потребность. Так же, как дышать, есть. Эта потребность выработалась с годами, я, наверное, уже и не смогу иначе – мне надо что-то создавать, рисовать постоянно.

– Часто слышу, что художники молодого поколения, к которому и вы относитесь, в первую очередь стремятся к зарабатыванию денег, а не к творчеству. Есть такое?

– Есть, конечно. Я думаю, там, где деньги начинаются, там творчество и заканчивается. Но на самом деле это здорово, когда ты можешь с помощью своих рисунков зарабатывать.

– Вам это удаётся?

– Иногда мои линогравюры покупают. Но это нельзя назвать постоянным заработком. Это не систематически происходит. Иногда – да. И это здорово. Но в основном я зарабатываю совсем другим.

– Работаете графическим дизайнером на заказчика?

– Да.

– И творчеством вы это не считаете?

– Нет. Есть, конечно, сделанное мной в дизайне, что можно назвать творчеством. Когда заказчики дают мне полную свободу и надеются на то, что я сделаю. Доверяют моему вкус. Но когда заказчик приходит со своим видением, когда я выступаю просто как исполнитель, как ремесленник, в этом, мне кажется, нет творчества.

– Линогравюра – редкая техника. В Приморье, да, наверное, и в стране этой техникой сейчас владеют единицы. Чем она вас привлекла? Вы же учились в академии на отделении живописи.

– Я в академию пришёл учиться рисунку. На живопись особый акцент и не делал. Хотел научиться рисовать, чтобы эти навыки применять в анимации. И здесь познакомился с Геннадием Леонидовичем Кургуровым, он у нас два года преподавал графику. Он и показал всё. Работали с пластиком – на нем стамесочкой вырезаешь рисунок, достаточно мелкая работа. Мне этот материал не очень понравился. Но потом попробовал резать на линолеуме, и он подошел – мягкий, податливый, и решения здесь могут быть более широкие.

– Вы человек азартный?

– Да нет, в меру. Я практичный. Рациональный. Я сам этого не замечал, но мне в академии говорили, что я композиции как-то математически выстраиваю. Но это уже надо спросить у них, почему они так сказали.

– На вашей выставке, что сейчас проходит в картинной галерее, есть серия линогравюр маленького формата inktober. Что это?

Inktober – это испытание для художников. Проходит в Instagram. Его придумал один художник, вроде, американец. Каждый год в октябре он публикует список тем на каждый день, и художники со всего мира каждый день должны делать рисунок. Самая фишка – то, что надо использовать только черный и белый цвет, «ink» с английского «чернила». Чернильный такой октябрь. Темы можно как угодно переосмысливать – можно воспринимать буквально, а можно на свой лад переиграть всё. Я пытался сделать так, чтобы тематика работала как морская, чтобы везде был морской сюжет или просто кусочек моря. Это достаточно сложно – каждый день тебе надо сделать маленькую линогравюрку. Они у меня лаконичные получались. В итоге получилась 31 работа. Некоторые работы мне очень нравятся.

Здоровское испытание. Оно дисциплинирует. По прохождению месяца работы руки сами тянутся что-тот делать. Как так? В течение месяца ты ежедневно рисовал, делал линогравюры, а тут резко остановиться? И делаешь, делаешь.

– Сколько лет вы живёте во Владивостоке?

– Десять.

– Какое впечатление от города было, когда приехали сюда?

– Тяжело было из-за сопок. Мы-то там на равнине живём, у нас всё ровненько. А тут пришлось привыкать к сопкам. Я еще на Чуркине первое время жил, моста тогда ещё не было и добираться до академии было сложно. А потом ничего, привык.

– В академии у кого учились?

– У Медведева Виталия Викторовича.

– Всё же вы поступили на живописный факультет, а хотели-то освоить чисто графические техники.

– Да. Цель была. Мы с товарищем по колледжу, Николаем Рыбаком, задумали мультфильм. Мы хотели вообще плотно заняться анимацией. Но у нас не хватало навыков рисования. Мы представляли, как должно получиться, но реализовать это не могли. Поэтому поехали сюда учиться рисованию.

– Для того, чтобы сделать мультфильм?

– Да.

– О чем он должен был быть? Какой герой вас сюда привёл?

– Это должен был быть глобальный проект. Типа мир после катастрофы.

– То есть, пацанистый такой проект?

– Да, да, – смеётся Николай. – Потом, с годами, эта тема нас перестала привлекать. Друг потом вернулся назад, в Благовещенск, а я здесь остался.

– Анимацию не бросили.

– Нет. Уже после того, как Рыбак уехал, я делал небольшие анимационные зарисовки. Их порядка 20, они статичные, но некоторые объекты двигаются. Такие анимированные иллюстрации. И как-то на молодёжной выставке в общей экспозиции среди работ других художников я повесил на стену монитор, оформив его в раму. И в этот медиахолст загрузил анимированные иллюстрации. Все они сопровождались звуком и, надев наушники, зрители погружались в эту атмосферу.

– Персональная выставка, которая сейчас проходит в картинной галерее, это первая ваша персоналка?

– Да. До этого была одна маленькая неофициальная во время пандемии и на ней было-то всего несколько моих друзей.

– Что для вас возможность сделать персональную выставку в главном художественном музее края – в Картинной галерее?

– Я на самом деле до конца сомневался нужно ли мне это, зачем это, но когда выставка открылась, понял зачем. Это возможность показать себя, услышать о себе отзывы. Я слышал только положительные отзывы и это очень заряжает на дальнейшую работу. Даёт силы дальше продолжать этим заниматься. Потому что часто возникают мысли: «Кому это надо? Кроме меня?» А когда слышишь тёплые слова, ты понимаешь, что всё-таки, кому-то кроме меня, надо. Мы же сейчас как живём… я делаю какие-то работы, публикую их в соцсетях… Тебе в ответ какие-то сердечки прилетают, какие-то комментарии. Но ты же не понимаешь, кто эти люди, которые пишут тебе. Это важно – когда ты лично с человеком общаешься. Когда видишь человека, и он своё мнение говорит тебе в глаза. Всё-таки это по-другому работает.

– Что вы больше всего цените в людях?

– Честность. Мне кажется, это самая важная черта.

– Вы сказали, что сомневались, стоит ли делать выставку. Почему? Это ведь прекрасная возможность.

– Я в будущем вижу себя как мультипликатора. И в последний момент я подумал, а стоит ли заявлять о себе как о графике? Подготовка к выставке, она же занимает время. А время - это наш самый важный ресурс.

– Чем вас привлекает анимация?

– Анимация – это синтетический вид искусства, который в себя может вбирать и живопись, и графику, и музыку, и театр, любые формы в зависимости от задумки. В этом есть свобода самовыражения, и меня это очень привлекает.

– Что вы любите в жизни?

– Свободу.

– Что для вас свобода?

– Это когда ты можешь заниматься каким-то любимым делом, не связанным с заработком. Но я думаю, к этому можно прийти, только добившись каких-то финансовых свобод.

– О чём вы мечтаете?

– Создать мультфильм, который войдёт в историю анимации. Надо же помнить изначальные мотивы, из-за которых я сюда пришел. И как-то цикл завершать – достигать цели, из-за которой я приехал в этот город. Также хочу продолжать выставочную деятельность, сделать выставку, может быть, за рубежом.

PS. В аккаунте Николая Лоншакова в Instagram можно увидеть его анимационные зарисовки, в том числе «Случай прозрения зайца», о котором рассказывал автор.

Автор: Ирина Павленко